Богиня ещё раз обиженно фыркнула, и я ощутил, как её присутствие исчезло.

Из-за угла вывернула тёмно‑синяя Шкода с жёлтыми шашечками. Машина плавно затормозила у обочины и я заглянул в салон. За рулём сидел водитель лет сорока, в кожаной куртке, с усталыми глазами, но доброжелательной улыбкой. На зеркале болтался пластиковый ангелочек в синем нимбе, отчаянно боровшийся с силой инерции.

— На Пречистенку, в морг МВД, — сказал я, открывая заднюю дверь и устраиваясь на сиденье, — По навигатору найдёте?

— Найду, — уверенно кивнул водитель и тронулся с места, тут же раздражённо посигналив какому-то манёвренному энтузиасту, подрезавшему нас у самого выезда, — Это ж надо, а, лезут и лезут…

Я обернулся назад, глядя на знакомый внедорожник, который быстро припарковался у территории ОАР, не заезжая на парковку, и из него вывалился взъерошенный Гранатов.

Я уже хотел сказать таксисту развернуться, потому как у меня были вопросы к капитану, но потом передумал, ещё успею задать.

Голицына просочилась сквозь крышу и уселась рядом, занимая ровно половину сиденья. Если бы водитель видел, что происходит в его салоне, то он бы, наверное, вылетел из машины на полном ходу.

— Не знаю, зачем мы туда едем, я ведь уже говорила, что ничего обнаружить не смогла, а ты мне не веришь, — проворчала Наталья Петровна, наклонившись ко мне, — Собираешься просто глянуть на трупы или у тебя есть хоть какой-нибудь план?

— План простой, — ответил мысленно, глядя в окно, на проплывающие мимо облака, — Сначала осматриваю трупы. Затем, разглядываю ауры, если они ещё не рассеялись, потом пролистываю отчёты патологоанатомов, после задаю им дурацкие вопросы. Я понимаю, что ты уже всё посмотрела, но вдруг что-то не заметила, не учла. Пойми, Ваше Сиятельство, здесь важна каждая мелочь.

Я так и не определился как обращаться к своей призрачной помощнице: то ли на вы, то ли на ты.

— М‑м, — протянула она, — Звучит довольно весело.

— Если бы это было весело, — поморщился я, — Вы бы сейчас не висели надо мной с таким лицом, будто вас позвали на казнь.

— Мне не нравится, как они умерли, — тихо произнесла Голицына, — Это было слишком грязно. Слишком… жестоко. Эти отступники совсем обнаглели. Я хочу их поймать и разорвать на части.

В машине резко похолодало, а воздух словно заискрил от электричества.

— Наталья Петровна, полегче, а то мы испугаем нашего водителя, и он начнёт петлять из стороны в сторону, а вас же, вроде как, укачивает, — произнёс насмешливо.

— Вот ведь, ехидна, — хмыкнула в ответ призрачная княгиня.

Водитель, не подозревая о нашем разговоре, спокойно вёл машину, и чем ближе мы подъезжали к центру, тем быстрее старые дома менялись на современные высотки. Солнце цеплялось за стёкла, вспыхивая сотней бликов, заставляя в очередной раз зажмуриться.