— Конечно.

— Тогда в Челябе в местном банке откроешь счет. Это, чтоб платить можно было за моторы.

— Догадалась уж.

Вскоре подъехал Комаринский. Его бойцы выгрузили какое-то навесное тракторное оборудование. Видимо, не вошло в прошлый раз. Я попросил его сначала завезти Анюту в Семигорск. Подпоручик, понятное дело, в просьбе не отказал. Проехать в одной кабине с «фабриканткой» для него чуть не за счастье. Всю дорогу он «трещал крыльями» и вон из кожи лез, чтобы понравиться Анюте. Сама Анюта принимала его ухаживания со сдержанной благосклонностью.

Высадив Анюту у почты, дожидаться оказии в Челябинск, мы отправились в рейд по окрестным населенным пунктам. Искали и отрабатывали прорывы. Я продолжил попутно знакомиться с местными баринами, договариваясь о скупке старой техники.

Вечером снова заехали в Семигорск. Хотел убедиться, что Анюта уехала. Почтмейстер заверил, что лично усадил ее в почтовый грузовик, а затем попенял в шутку, что мне этого местная общественность не простит.

— Как ты мог с нами так поступить, Кротовский? Услал Анну Смородинцеву на следующий же день. Имей ввиду, мое сердце разбито… кстати, чуть не забыл, там один помещик тебя дожидается.

— Где он?

— Наверно, в кабаке сидит. Где ж еще… пойдем вместе. Мне тоже нужно промочить горло…

Помещик действительно дожидался именно меня. Перед ним стояла рюмка настойки, так даже не стал ее допивать.

— Будте любезны, граф, — сказал он мне, — Извольте взглянуть на мою машину.

— Давайте взглянем.

Мы вышли из ресторана и подошли к машине. Я ее заметил еще до того, как войти в помещение. Машина как машина. И судя по тому, что в нее не впряжена тройка лошадей, до Семигорска доехала своим ходом.

— Возьметесь, граф? — не очень понятно спрашивает помещик.

— М-м… а что именно вы от меня ждете?

— Ну как же… все кругом говорят, что вы старые машины чините и в грузовик переделываете.

Нормально так работает Семигорское сарафанное радио. Только сегодня первый грузовик выкатили из Конюшен Феррари… из Лучковского гаража, а об этом «все кругом говорят». Ни связи, ни газет, ни общественного транспорта. Просто чтоб переговорить с человеком, нужно намотать по «одному названию, что дорога» десять, двадцать, а то и тридцать километров. А уже «все говорят»… хуягия, как сказал бы Крот.

Видя морщины на моей лбу, помещик решил добавил аргументации:

— А мою машину даже чинить не надо. За моей машиной уход был хороший… так что, возьметесь?

Мне нравится, как звучит в его устах слово «уход». В его понимании за машиной ухаживают примерно так же, как за лошадью.