Открыв глаза, я увидел, что верхняя часть земляного вала отсутствует, и потому не мешает рассматривать мост. Вот только смотреть там не на что, потому что от него ничего не осталось. Ударной волной и разлетающимися обломками конструкции повалило сотни солдат, находившихся слишком близко к взрыву. Некоторых уложило наглухо, некоторые едва шевелились, но многие уже начали подниматься, ошеломлённо посматривая в нашу сторону. Очевидно, не понимают, что им следует делать после того, как единственный путь на вражеский берег перестал существовать.

Пояс часто задёргался, и я понял, что одновременно сработали оба сигнальные амулета. Видимо взрыв моста сильно впечатлил и группу Гнусиса, и людей из Мена. И те и другие решили, наконец, дать знать, что свою задачу они выполнили и начали отходить.

Достав ещё две хитро подрезанные и перфорированные «отрицательными рунами» платиновые пластинки, я сломал первую.

Вдали сверкнуло, до ушей донеслись звуки десятков сильных хлопков. Заряды у Мена небольшие, зато их много, поэтому звуковой эффект так себе, а вот о световом такое не скажешь. План явно сработал, но в каком состоянии вторая инженерная позиция пока что не понять, пылающие шатры с палатками не позволяют оценить, как сильно там пострадало осадное хозяйство.

После слома второй пластинки сверкнуло гораздо сильнее, грохот тоже повнушительнее оказался, плюс засверкали выхлопы ракет, что обрушились на удалённые, самые защищённые цели. Склад ближе, и некоторые заряды у моих диверсантов побольше, так что более яркий эффект ожидаем.

И на этот раз, несмотря на засветку от горящего лагеря, я отчётливо разглядел новое пламя, яркое и высокое, с характерными цветастыми всполохами. Вспыхнула боевая алхимия, что хранилась в бочках и в снаряжённых снарядах.

Даже если не весь склад пострадал, убытки там знатные получились, в этом можно не сомневаться.

Я обернулся к Орничу:

— Сигналь Камаю, пусть движется к переправе.

— Так он ещё лагерь инженеров до конца не додавил, — заметил офицер.

— Да и Хаос с ними. Главное дело сделано, пора уходить.

Приятно смотреть, как мы, горстка по местным меркам бойцов, унижаем огромную армию. Я даже приблизительно не могу сказать, какие потери понесли южане, но понятно, что это четырёхзначные цифры в живой силе, и впечатляющая гора уничтоженного имущества, включая тяжёлые артефактные катапульты. Между прочим — элитное осадное оружие, почти бесценные, штучные экземпляры; быстро найти замену даже на Большом юге непросто.

Но также понимаю, что прекрасное зрелище при таких раскладах быстро может смениться на что-то вовсе не прекрасное.