— У нас, — поправила его прекрасная девочка.
— У нас, — согласился Ву. — У нас с этой твоей неотразимостью по выходе из этого благостного истязателя явно появится масса почитателей, от которых, предполагаю, придется, не щадя живота своего, отбиваться.
Глава 12 Архимагистр неофит
Саромэ, Ущелье дракона Виго, Круг синей ртути, принцесса королевства трех крепостей Мирра Гард
Время для нее будто перестало существовать, сколько отходила от этого любовного отравления по имени Ву, Мирра не смогла определить. Ее еще долго теребили, будто шелковый платочек на ветру, воспоминания о том, что происходило с ней весь тот сияющий временной смесок, плотно сбитый из блаженства, наслаждения и всеобъемлющей радости.
Когда же наконец ее состояние и сознание пришли к нормальности и она смогла еще о чем-то думать, кроме любимого, Мирра сильно удивилась. Еще бы тут не удивляться, ведь во все это безвременье она успешно работала в защите, причем не осознано, но, как говорится, влегкую.
Вначале она просто улыбалась, пробуя ускоряться или просто уклоняться от сражения, словно бы отжигая какой-то дикий завораживающий отпляс. И наконец Мирра звонко рассмеялась, уже достаточно хорошо понимая, что теперь-то она в каком-то даже удовольствии сможет продержаться до конца. Принцесса скрупулезно обследовала свое тело, отметив, что и в самом деле выглядела потрясающе, в особенности когда резко ускорялась или щедро тратила магию, а на ее теле крутящими всполохами вспыхивали узлы силы.
— Потрясающе, — обмолвилась Мирра.
Почти сразу же не преминула прийти в эту красивую голову и сумасбродная мысль: «По случаю попрошу Ву, чтоб мне такие огневороты на сосках создал. М-м-м-м, как смотреться будет».
И ее опять унесло в мечты сладострастные, и снова в сопровождении легкого похотливого тремора.
Упоминания суженого подняли из памяти его красивое, мужественное лицо, не обделенное одухотворенностью, его божественное сложение и первые слова, услышанные ею на полигоне.
«Привет, Мирра, не пугайся, это я, Ву. Эй, Искорка, соберись, очнись ты уже, очнись».
Как ни странно, эти «очнись, очнись» словно бы спустили ее с небес обратно на круг синей ртути. Мирра сильно тряхнула огненным кудрями, будто отгоняя наваждение, прошептав:
— Похоже, я счастлива лишь от того, что Ву просто есть в этом мире.
Опосля этакого признания самой себе у Мирры наконец словно бы проснулось и созидательно-конструктивное.
«Хорошо бы как-нибудь помогать любимому, а не придаваться мечтам и чувственным образам, однако прежде хорошо бы поподробней понять, что теперь я такое». Пока принцесса даже на представляла, насколько эти девять даров императора драконов перевернут ее жизнь.