что не призналась ему раньше. Сожаления — вот, что мешало мне двигаться вперед. А страх, что все опять пойдет прахом — тормозил и мое научное исследование. Но теперь… теперь никто не заставит меня сидеть на берегу! *** Вампиры покинули дом ближе к утру. А у меня уже был готов план побега. Поединок назначили сильно за полночь, чтобы на улицах шаталось как можно меньше народа. Уверена, что они небескорыстно заботились о простых смертных, ведь если не станет людей, вампирам некого будет пить! А может быть, кровь у несчастных, испуганных особей гуще и кислее, чем у довольных и спокойных? Что же мне тогда делать с помидорами? Бурное воображение тут же подсунуло фантазию, где на пачке с заменителем крови красовалась надпись: «Довольный помидор — сытый вампир!». Тьфу! По ночам все же следует спать. Особенно девушкам с бурной фантазией. Дверь отворилась легко, будто сутки в заложниках мне приснились. А такси за повышенную плату доставило до острова Канта, который очень кстати промелькнул в подслушанном разговоре. Химичок удобно устроился в кармане пальто, я выдала ему пару ватных дисков. Он сноровисто взбил пушистую подушечку и, вероятно, воображал себя пилотом Евангелиона 8 или Грендайзера 9, в роли которых, конечно, выступала нерадивая аспирантка. Я же развлекала себя подобными мыслями, чтобы не перетрусить и не повернуть обратно. И чего я там забыла? Поговорят вампиры по-мужски и разойдутся восвояси. Но Химичок настаивал на посещении ночного рандеву хотя бы в качестве зрителей, и мы крадучись вышагивали по мощеной аллее мимо массивных скамеек к дальнему краю острова. Хотя вряд ли нас можно было не заметить в свете фонарей. Кафедральный собор остался за спиной и, чем сильнее мы отдалялись, тем темнее делалось кругом. Ожидаемая тишина нарушалась громоподобным хохотом и ревом моторов со стороны Ленинградского проспекта. Неужели вампирские разборки — действительно приятные зрелищные мероприятия, и я не зря планировала насладиться спектаклем с галерки? Современные вампиры нравились мне все больше и больше, если не считать потребительского интереса к моей персоне. Вместо дикого мордобоя — цивилизованная встреча веселых и находчивых. Вместо человеческой крови — заменитель, созданный гениальной аспиранткой Алисой Ясиной. Вместо жажды — милые сдержанные беседы. Вместо клыков — обыкновенные зубы. Да и на солнце они при мне ни разу не загорались. Чесноком, конечно, брезговали. И целиком испарялись под воздействием магического порошка, рецепт которого я пока не отыскала.