Не успела назначить время, меня перебил князь.

— Тебе часа хватит? И не торопись, поешь. Жирная еда помогает не только после обильных возлияний. Магию не вернет, но придаст ил телу.

Они вышли, а я попыталась подняться, но слабость вернула к исходному положению в кровати. В комнату заглянула Ирила, всплеснув руками подражая Красаве, защебетала.

— Вот, а вы уговаривали отправиться с вами. Да меня мамка не пустит. Так подвергать себя опасности! Мужчины сами должны решать свои вопросы. Не дело слабых женщин использовать.

Пусть говорит, главное помогла подняться, отвела в баню, помогла вымыться, одеться и выдала хорошую порцию жаркого с пирогами. Я от такой еды раньше времени кони двину! Но нет, съела все о крошки, опасливо останавливаясь на третьем куске большого пирога. Вопреки опасениям, меня не потянуло в сон, а я наконец смогла идти на своих двоих не шатаясь, как медведь-валун.

Мужчины уже ждали меня в кабинете, словно следили за мной. Появившийся Ждоб перед самой дверью, покаялся.

— Не мог им не рассказать. А то пришлось бы кого посылать их собирать в кучу. Да и нечего чужакам шастать по дому.

И то верно! Как их семейство переживет наш отъезд? Мы же питаем дом магией.

— Расстояние не помеха. Только ты там не забывай о ас и не подвергай себя и детей опасности.

Тихий шепот раздался у самого уха, исчезая вдали, пряча горечь домового.

— И так господа! Я расскажу все о жреце и его планах.

Мужчины приготовились слушать длинный рассказ, оказалось, что я находилась под властью жреца два часа. Он вытягивал из меня магию, чтобы творить собственное волшебство. Князь прикрывал всех людей от его воздействия. А меня специально обошел в своей заботе. Прямо так и виделась Ирила, сетующая на то, что настоящие мужики не должны использовать слабых женщин. В этом формате отношение воеводы ко мне выглядело по-другому. Он воспринимал меня как средство, как вынужденную мать уникальных детей и никогда как обычную женщину. Что ж, получайте откровения, господа!

Предательство жрецов столичного храма, исчезновение богов, капля божественной воли безымянной богини. Пробуждение одного из темных богов, имя которого я так и не узнала. Жрец был слишком осторожен, не дав в мои руки самые главные ответы. Его планы на нас с детьми, планы на создание великого княжества. И главный вопрос дня.

— Справитесь со жрецами и храмами без меня?

— Справимся, — поторопился ответить князь. Вот и ладненько!

Когда князь и воевода завершили устроенный перекрестный допрос, выдохнула, желая поскорее остаться одна. Заметив, как друид уходит вместе с ними, спросила.