Испуганный Кейтель снова уронил монокль. Со стороны это, наверное, смотрелось даже смешно — невысокого роста фюрер трясет, как бульдог тапок, длинного и физически крепкого Кейтеля, который от ужаса закатил глаза и побледнел как покойник. Еще немного, и генерал-фельдмаршал хлопнулся бы в обморок.

— Кейтель, как вы могли допустить, чтобы столько доблестных воинов Рейха оказались в ловушке? Что вы сделали для их спасения⁈

— Мой фюрер… — сиплым голосом начал оправдываться тот, — ситуация в Крыму развивалась стремительно, и мы практически были лишены возможности сделать что-либо для спасения 11-й армии. Во-первых, этот десант, высаженный в Керчи и Феодосии… И этот преступный, если не сказать больше, приказ командующего 42-м армейским корпусом…

— Да, я уже знаю об этом! Граф Шпонек, приказавший отступить 46-й дивизии с Керченского полуострова, и тем самым положивший начало неудач, которые закончились катастрофой 11-й армии, арестован по моему приказу и вскоре он предстанет перед судом… Кстати, Гейдрих, вы не проверили, действовал этот подлец Шпонек по собственной инициативе или за ним стояли лица, которые сознательно ведут дело к военному поражению вермахта?

— Мой фюрер… — неожиданно тонким, почти женским голосом, ответил глава РСХА, — мы работаем с бывшим командующим 42-м армейским корпусом. В свете некоторых странных событий, произошедших во время катастрофического разгрома 11-й армии, у нас появились основания предполагать, что в немалой степени причиной всему этому было предательство некоторых высокопоставленных чинов вермахта…

Гитлер, услышав эти слова, подпрыгнул на месте и, брызгая слюной, бросился к Кейтелю. Тот в испуге шарахнулся в сторону.

— Дерьмо! — заорал фюрер. — Вы недостойны командовать моими храбрыми солдатами! Вы, чей кругозор не шире отверстия в унитазе, сейчас докатились до предательства! Гейдрих, проведите тщательную проверку всех фактов, которые могли бы вызвать подозрение о сотрудничестве с противником командиров любого ранга, и через неделю доложите мне о результатах проверки!

— Яволь, мой фюрер! — Гейдрих, и вытянувшись в струнку, щелкнул каблуками своих начищенных сапог.

— Кейтель, так вы мне скажете, что же произошло в Крыму, и почему так удачно начавшаяся операция по полному очищению полуострова от противника, закончилась так печально?

— Мой фюрер, все началось с высадки крупных сил противника в Евпатории. Точнее, с появления в Черном море накануне этой высадки русского военно-морского соединения, в составе которого был авианосец. Именно с этого момента события стали приобретать катастрофический для нас оборот.