Информация о ходе десанта в Евпатории пока была словесной, но вот эти фото для генерал-лейтенанта стали первым материальным подтверждением существования «гостей» из будущего. Кстати, самолет-разведчик, направляясь на Николаев, прошел над Евпаторией и эскадрой «гостей». Товарищ Сталин был прав: в рапорте летчиков было особо отмечено, что над кораблями подняты андреевские флаги. И в то же время все летательные аппараты несли на себе красные звезды. Сочетание дикое и немыслимое, почти как жареный лед.

«Гости… какие они к чертовой матери „гости“, — подумал генерал-лейтенант убаюкиваемый шумом моторов, — ведут себя как хозяева в доме. Сразу же дали понять, что „это наша война, и мы будем ее воевать“. И ведь не откажешь им, тут каждый штык на счету — и вдруг привалило такое вот счастье…»

Александр Михайлович глянул в иллюминатор — берег Тамани остался справа, а под крылом тянулись покрытые белыми барашками волн темные воды Понта Эвксинского. Рядом с самолетом представителя Ставки летели два истребителя Як-1 сопровождения — все, что сумело выделить командование Кавказского фронта для прикрытия столь важного перелета.

К убаюканному шумом моторов Василевскому подошел бортмеханик.

— Товарищ генерал, командир корабля просит вас пройти в кабину…

— Что там стряслось? — Представитель Ставки встал и, пригнувшись, начал пробираться в кабину пилотов.

— Вызывают Вас, товарищ генерал, по радио… — бортмеханик открыл перед Василевским дверь в кабину пилотов и протянул ему гарнитуру. — Слушайте, товарищ генерал-лейтенант…

В наушниках чуть хриплый голос повторял: «Сокол-1 вызывает самолет представителя Ставки, Сокол-1 вызывает самолет представителя Ставки…»

Пилот посмотрел на Василевского.

— Товарищ генерал, может, вернемся, от греха подальше?

— Дайте сюда, — Василевский забрал у пилота гарнитуру.

— Куда тут нажимать?

— А вот сюда, — бортмеханик вдавил клавишу, переключая радиостанцию на передачу.

— Говорит представитель Ставки Верховного Главнокомандования генерал-лейтенант Василевский. Сокол-1, кто вы?

— Здравия желаю, товарищ генерал-лейтенант, — ответило радио, — говорит ведущий пары прикрытия майор Скоробогатов. Наблюдаем вас на радаре, находимся на встречном курсе, до визуального контакта осталось меньше минуты…

Пока генерал-лейтенант размышлял, летчик переключил канал связи на себя.

— Говорит командир спецборта подполковник Ольхович. Как вы сумели нас обнаружить, майор? Информация об этом полете была совершенно секретной.

— Ничего удивительного, — ответил майор, — товарищ подполковник, ваши «маленькие» так разгалделись в эфире открытым текстом, что я теперь и не знаю, для чего у них рации: для взаимодействия в бою или для пустой болтовни и разглашения секретов…