Летчик снова щелкнул тангентой.

— Понятно! — и добавил несколько слов, не публикуемых в обычных словарях. — Сокол-1, где вы в настоящий момент находитесь?

В эфире раздался короткий смешок.

— Перед вами, прямо по курсу…

Чуть выше горизонта появилась пара черных точек. Прошло несколько секунд: пять, четыре, три, два, один… В последнее мгновение точки разошлись далеко в стороны и, заложив крутой вираж, превратились в два стремительных стреловидных силуэта, которые зависли по обе стороны и чуть выше транспортника. В кабину ПС-84 проник протяжный гул и свист реактивных двигателей. Генерал-лейтенант Василевский жадно всматривался в покрытую серо-голубой камуфляжной раскраской краснозвездную машину непривычных очертаний. На его глаз, эти самолеты были лишь чуть меньше транспортного ПС-84. Практически все место под узкими крыльями было занято угрожающего вида реактивными снарядами. С непривычки Василевский долго не мог понять, где у этого монстра двигатели. Потом он вспомнил про сообщения о разработке англичанами самолета с турбореактивными двигателями, и сразу все встало на свои места… «Яки», шарахнувшиеся было в сторону при приближении «гостей», снова заняли свои привычные места в ордере.

— Товарищ майор… — Василевский вдруг неожиданно закашлялся, — как называются ваши машины?

— МиГ-29, товарищ генерал, в корабельном исполнении, — ответил Скоробогатов.

Некоторое время полет продолжался в полной тишине. Справа — Керченский полуостров, уже освобожденный Красной Армией, сменился Южным берегом Крыма, который пока еще оккупировали немецко-румынские войска.

Где то на траверзе Алушты на связь вышел майор Скоробогатов:

— Внимание, у нас гости! Незваные!

Экипаж транспортника до рези в глазах вглядывался в горизонт. Вот впереди, чуть правее по курсу, на фоне земли мелькнули четыре черных точки, набирающие высоту. Снова вышел на связь майор Скоробогатов:

— Судя по всему, 109-е мессера, идут на перехват. Извините, товарищ генерал-лейтенант, видно, не все их аэродромы подскока мы нашли и вычистили. Придется устроить показательные выступления. Итак, маэстро, музыку!

Тем временем черные точки заложили крутой вираж и стали удаляться туда, откуда пришли.

— Чего это они, майор? — удивленно спросил подполковник Ольхович. — Вроде атаковать передумали?

— Это, товарищ подполковник, называется «репутация». Тут давеча пара, майор Коломенцев — капитан Гордин, слегка размялась. Так группу «штук» и эскадрилью «мессеров» как корова языком слизнула… Хоть они и ретировались, но порка не отменяется…

— Правильно, товарищ майор, — услышали экипаж и пассажиры ПС-84 голос ведомого майора Скоробогатова, — эти ребята совсем невежливые, они даже не поздоровались!