— Согласен, товарищ полковник. — Майор ГБ осмотрелся по сторонам. — Ви совершенно правы.

Василевский, с интересом выслушав «обмен мнениями» между Бережным и Санаевым, снова повернулся к ротному.

— Товарищ капитан, меня интересует, что вы можете сказать о сегодняшнем бое. Как вы оцениваете свои действия и действия противника?

Тут надо сказать, что капитану Рагуленко не изменило его обычное специфическое чувство юмора.

— Бой был как бой, товарищ генерал-лейтенант. Такое чувство, что немец еще не понял, что произошло. И если в Евпатории организованная оборона рассыпалась за полчаса, то здесь… Позиции нашей роты немец атаковал нагло, в рост, большими массами. А у нас, товарищ генерал-лейтенант, простите за сравнение, огневой мощи… как у дурака махорки. Станкачи, крупняки, пушки БМП, станковые гранатометы… Утвари для убийства просто завались. Сами же видите. Да и окопы к первой атаке отрыть успели, а это, сами знаете, не пузом на снегу лежать. Ну мы их и наказали за наглость. Одна атака — мы их покосили! Вторая, третья, четвертая… и так двенадцать раз. С час назад была их последняя атака, и пока тишина.

— Знаю, товарищ капитан, — кивнул Василевский, — сам был на вашем месте четверть века назад.

— Сюда, прямо по шоссе, идет моторизованный полк СС и румынский кавполк, — сухо вставил полковник Бережной, — это последний резерв одиннадцатой армии.

— За что я люблю тебя, товарищ полковник — умеешь придать бодрость всего двумя словами. — Рагуленко потер ладони. — Какая прелесть: «моторизованный полк СС» звучит прямо как песня. Таких страшных я еще не топтал! Только боеприпасов подбрось, а?

— У нас несколько другие планы. Если все пройдет как надо, то они до тебя просто не дойдут. Но бдительности не теряй. — Бережной посмотрел на часы. — Товарищ генерал-лейтенант, вы здесь хотите еще что-нибудь посмотреть, или мы вернемся в штаб?

Василевский кивнул.

— Давайте вернемся, товарищ полковник, я видел достаточно и обстановка мне ясна. Теперь мы готовы к очень серьезному разговору. Пойдемте, товарищ Санаев.

5 января 1942 года, 17:35, аэродром Саки, штаб сводной механизированной бригады

— И как вы только таскаете на себе эту тяжесть? — Генерал-лейтенант Василевский со вздохом скинул с себя тяжелый бронежилет. Рядом разоблачался майор ГБ Санаев.

— Дело привычки, товарищ генерал-лейтенант, — пригладил седеющие волосы полковник Бережной, — а если еще и марш-бросок в тридцать кэ-мэ, бегом и при полной выкладке… Но, товарищи, займемся делами… Майор Гальперин, что у нас слышно про эсэсовцев?

— По данным разведки, они будут на рубеже атаки примерно в 22:00. Продвигаются крайне медленно, потому что их мобильность связывают румынские кавалеристы. Сводная колонна противника находится в поле зрения трех наших разведгрупп, так что данные постоянно уточняются. — Майор пощелкал клавишами на своем ноутбуке. — И вот еще что: по данным синоптиков, к тому времени нас ожидает глобальное потепление в локальном масштабе, температура поднимется до плюс пяти, и снег перейдет в дождь. Результаты можно предсказать заранее — начнется распутица. Наша техника-то пройдет, а вот у немцев даже танки застрянут.