Помещение, в котором мы оказались, использовалось для краткосрочного отдыха работников заведения. Обстановка здесь была подобающая: шкаф, стол, несколько стульев, самовар в углу, чашки, блюдца.
Люди Симбирского тут же подтащили огромный стол к двери, удачно забаррикадировав выход.
К сожалению, из этой комнаты иного хода не имелось — только пара крохотных окошек под самым потолком, в которые не пролез бы и ребенок. К тому же окна были зарешечены. Мы оказались в ловушке.
— Стоила наша беседа всей этой суматохи? — спросил меня Степан, нетерпеливым взглядом обегая комнатушку.
— Этого я еще не знаю, — пожал я плечами, — вот выберемся и выясним.
— Если выберемся, — скептически заключил деловой. — Кажется, мы в западне. Через пару минут они там снаружи найдут, чем выбить дверь. А заодно отыщут оружие помощнее, чем собственные кулаки и дубинки. И тогда нам конец.
— Мне конец, — поправил я. — Вас отпустят на все четыре стороны, к вам претензий нет.
— Салданов зарвался, он может пойти на риск и прикончить нас всех разом. Все равно он понимает, что отвечать за сегодняшнее ему придется. И уж лучше прихлопнуть одним махом всех противников, чем оставлять врагов за спиной.
В дверь глухо ударили чем-то тяжелым, но она устояла. Кажется, охранники все-таки нашли таран. Вот бы нам сейчас одного «страуса», да с полным боекомплектом — мы разогнали бы этот сброд одной очередью в воздух!
Внезапно я хлопнул себя по лбу. Ну конечно же! Как я мог забыть?
Пусть у нас не было «страуса», зато было кое-что иное, не менее мощное оружие, многократно мной опробованное.
«Дырокол», который я так вовремя забрал из тайника в доме. Я совсем отвык от него, а он весь вечер прождал своего часа в моем кармане.
— Вы что-то придумали, Бреннер? — поинтересовался Симбирский, внимательно за мной наблюдавший.
— Посмотрим…
Я не хотел его обнадеживать. «Дырокол» долго лежал в тайнике и мог по какой-то причине перестать нормально функционировать, а проверить оружие загодя я не счел нужным. Теперь оставалось надеяться лишь на извечное авось.
Вытащив оружие из кармана, я навел его на внешнюю стену, примерив нужную область прямо под оконцами.
— Что это у вас? — удивился Степан. — Пистолет? Весьма странный на вид. Хотите прострелить стену?
Я не отвечал, привычно сжимая в руках литую массивную рукоять. Быстро выставив рычажок мощности на максимум, я нажал на спусковой выступ.
Раздался гулкий взрыв, пол ощутимо заплясал под ногами, а в стене появилась пробоина величиной с кулак.
Симбирский уважительно присвистнул. Его громилы, не обращая внимания на происходящее, уже двигали шкаф, уронив его поверх стола.