— Не совсем, но почти, — ответил я, пребывая в легкой задумчивости.

— Это как? Полететь⁈ — притворно ужаснулась она.

Я, поначалу проигнорировал её слова, а потом взглянул как на дурочку. Сестренка смутилась.

— Понимаешь, если мы сейчас просто пойдем и зайдем, то что?

— Что?

— Ну вот представь, маленькие деточки, как вон те двое… — взглянул я на парочку деток, стоящих чуть в стороне от нас, и жмущихся к ногам своего родителя, что с хмурым видом глядел на портал. — зайдут в портал…

И похоже, что отец тех двух крох лет пяти, оставил там свою машины, на парковке, посреди которой раскрылся пролом. И я вот даже не знаю, вернут ли ему теперь его тачку, или как? Что если он вообще иногородний, там, в машине, могут быть деньги, ключи, документы? Как ему тогда быть?

— И что? — взглянула сестренка на тех деток без особого интереса и перевела взор на меня.

Я взглянул на сестру в ответ.

— Что такого то? –повторила она, смотря не моргая.

— Ну это ж… дети?

— Они что, не люди что ли?

— Ну так… люди, не больше ни меньше…

Похлопала она глазами, все так же пялясь на меня с непониманием.

— Невинные, неопытные…

— И потому менее ценные, — ответила сестра совершенно спокойным голосом, словно обсуждает выбор хлеба, — их еще учить — трата. Воспитывать — тоже средства. На рост и набор массы тоже ресурсы нужны! На фоне взрослых и просто половозрелых юнцов, они, дети — так себе ресурс, и Юнь им цена.

— Ну да, действительно… — пробормотал я, и хотел было сменить тему, но не сумел. — А что насчет стариков? — кивок головы в сторону пары пенсионеров, старика и старушки, стоящих вместе парочкой, под одним зонтом.

— Отработанный материал. — пожала плечами сестрица, и я вскинул бровь, — Не! От них может быть польза передача опыта, знаний, мудрости! Они не настолько бессмысленны как дети! Но это если говорить о тех, что еще на ногах, — кивнула она в сторону старичков, — или в разуме. А про остальных… понимаю, людей убивать нельзя, но и тратить ресурсы на спасения… к тому же, в долгосрочной перспективе, вложение в детей может в теории окупится, а вот…

— Ладно, все, хватит! — прервал я её монолог, и кашлянув, решил продолжить свою изначальную мысль, — В общем, если мы просто ломанемся туда, то нас побегут спасать.

— Ладно, — согласилась сестра, хотя ей подобная позиция совсем не нравилась, — Мы, типо, дети, — изобразила она пальцами кавычки.

И я кивнув, продолжил свою речь:

— К тому же, мы не знаем, какой силы этот разрыв по местной квалификации силы. Помнишь ведь о слишком высоком и низком уровне?

— Угу, но все же не думаю, что это совсем плинтусовое подземелье, — кивнул сестрица на отцепление, журналюг, и ученых, что будь подземелье рядовым низкоуровневым, их бы тут не было, за неимение стоящего материала для съемок. — Но и слишком топовым разрыв точно не является, — намекнула она на то, что и отцепление тут какое-то жидкое, журналистов всего два, а зевак с гулькин нос и три калеки, что скорее всего вообще местные, из соседних домов пришедшие. — Может в самый раз?