И только пото-о-ом! Когда мы уже успели постоять пред порталом, осмотреться, и мельком поглазеть на ученых, среагировали журналисты и телевизионщики, и прочий люд, что до этого был заняты чем угодно, но точно не наблюдением за порталом. Журналами вон, для которых тут работа, вообще, болтали меж собой, строчили что-то в блокноты, настраивали оборудование, или просто пили кофе и ковырялись в носу.

Защелкали фотокамеры, началась сьемка… мы отошли на пару шажочков от портала, сам проход, за нашими спинами схлопнулся в точку, и из неё на детскую площадку посыпался нажитый нами хабар. На получившеюся горку из которого, как завершение, и словно бы с неохотой, из дыры в пространстве вывалился большой камень маны поверженного босса.

Толпа зевак ахнула, разрыв окончательно закрылся. А мы, пожав плечами и переглянувшись, запрыгали прочь от сюда, слега задрав носики, и делая вид, будто нам ни до кого и ничего нет дела. В том числе до оставшегося валятся посреди детской площадки и слегка ошарашенных ученых хлама, в виде ценнейших трофеев с подземелья.

Как ни странно, никто не стал вставать у нас на пути! Полиция и стоящие по эту сторону журналисты, почтительно расступились, продолжая снимать на все что только можно. Заграждения мы тупо отодвинули в сторону копьями, а зеваки расступились прочь не менее охотно чем прочие. Так что мы спокойно вышли «на оперативный простор» и поскакали к выходу со двора.

— По-моему, что-то пошло не так. — шепнула мне сестра, украдкой оглянувшись, и видя, что нас никто не преследует.

— Не, все норм! — слегка улыбнулся я, шепча в ответ, — прыгаем к ассоциации.

До здания офиса ассоциации мы добрались без каких-то особых пряслам. Просто шли в припрыжку по улицам, глазея по сторонам, и не выпуская из рук копий. Народ, немногие прохожие попадающиеся на пути, шарахался от нашего вида, но только после того как замечал двухметровые дрыны в руках у столь маленьких детей. А до тех пор — слепо игнорировал наше существование.

Даже был один веселый случай, когда какой-ту мужчина, увлеченно болтая по телефону, слепо пер прямо на нас, не замечая существования опасности быть надетым на магическое оружие. Пришлось даже уступать бедолаге дорогу, отходя в сторонку, и провожая несчастного взглядом. Он нас тоже проводил своим взором, не отвлекаясь от деловых переговоров, но опущенные наконечниками в землю копья так и не заметил.

А еще была одна дама, у что умудрилась споткнутся об наши копья. Об торчащие позади за нашими спинами древко моего копья! Споткнутся, упасть… соскочить извинится, и дальше побежать — кажется, она опаздывала на работу, потому что проспала. В три часа дня, ага. Но её вид… говорил мне именно об этом — заспанное лицо и глаза, растрепанные волосы, неопрятная одежда, и общий вид — караул опаздываю!