— Что будем делать? — поинтересовалась сестра, неотрывно пялясь в объективы камер в соседнем доме.

— Игно… — хотел сказать я, но подумал — а нафига? — занавесь окна и пошли разбираться. Работы стало больше.

Родители еще спят, отсыпаясь за рабочею ночь день и ночь. Так что мы спокойно собрались, оделись, слегка перекусили, надели свои плащи невидимки, и… взявшись за ручки, полетели из дома в дом, скользя в пространстве словно по покрытому скользким льдом склону, и неважно, что горка рвется вверх.

Да, я стараюсь избегать таких техник, но — мы рядом с мом контуром! Рядом с… вместилищем моей силы! Даже если тут будет разрыв, я зачищу его достаточно быстро, чтобы не устроить панику. Раскрытие и открытие портала средь двух домов в небе подозрительны? Да. Но лучше устранить угрозу слежки сейчас, заодно понять, кто это и зачем ему это нужно, чем позволять наглецам и дальше снимать, и наглеть. А с охотниками, обнаружившими всплеск магии прорыва… будем разберется потом.

До соседнего дома и нужного нам окна мы добрались довольно быстро, смутной тенью, словно быстрые птицы, размазываясь в воздухе. Балансируя меж сильно не вредить пространству, и сильно не светится для наблюдателя.

Стекло окна тоже не стало препятствием, пройти через него совсем не проблемно! Оно, не напитано магией, а без неё, чем тоньше преграда — тем легче проходить! Так что, хоп, и мы уже внутри. Отпускаем ручки друг друга, обходим аппаратуру с разных сторон, осматривая все то, что тут понапихано.

В комнату заходит какая-то девица ботанообразного вида, тощая, прыщавая, сутулая. Смотрит на камеры, за окно, замечает, что одна из камер, чуть сместилась — мы её чуть задели при спрыгивании с подоконника окна. Подходит, как видно поправлять, устранить проблему — падает носом в пол — сестрица подставила подножку.

В полумраке помещения, без включенного света и при пасмурной погоде за окном, нас даже под слабой маскировкой не видать совсем. Так что тут даже не тени, что дают наши плащи, а тупо никого, просто… пустая комната! С камерами.

Девица-батаница, с прыщавым лицом и таким же задом, торчащим из плохо сидящих на тощих бедрах штанах-трениках, поднимается с пола, потирая лоб и нос рукой. Стонет, рассуждая вслух, как так она упал. Оглядывается по сторонам, желает встать — падает вновь, роняя часть камер взмахом своих рук. Сестрица вновь поставила ей подножку! И схватив за ногу, и вовсе потащила по полу в соседнею комнату.

В соседней комнате был компьютер, даже несколько! И работала еще одна, весьма упитанная и совершенно некрасивая боба с обвисшими щеками и тройным подбородком, жуя бататовые чипсы, сидя за столом, пред множеством экранов от этих самых компьютеров.