На ушах — наушники, а на одном из мониторов пред ней шел какой-то концерт. Музыкальный, какая-то группа поёт и пляшет, так что это умеренная толстуха, тоже, подтанцовывала, водя жопой в разные стороны на стуле. Под жалобный скрип кресла, с трудом держащие излишни «скромный» вес.

На другом мониторе были какие-то графики и цифры, идущие в реальном времени. Сейчас часть этих графиков уползли куда-то не туда, и вокруг них мигали красные рамки, говоря о проблеме, но… дама ела чипсы, слушала музыку, смотрела концерт неких певцов, и ничего не видела вокруг.

Рядом было еще одно рабочее место, где тоже было сразу несколько мониторов. На одном из которых была куча кадров с камер перед окном, показывающих теперь только пол, стену, батарею, или ничего. А на другом мониторе тоже были какие-то данные. Кресло пред ним было пустым, и как видно принадлежало той даме, которую сестрёнка, понявшая что данная комната занята, потащила в иное место.

Иным местом стала ванная, так как на кухне этой двуспальной квартиры тоже была слегка уродливая баба, в стиле «жирный потный ботан!» и она… спала, развалившись на кухонном диванчике, подсуну под голову откуда-то взятую подушку, сложив руки на обвисшей груди и заткнув в уши берушами, так что крики о помощи от коллеги, которой полы протирают, тоже. Не слышит вот совсем.

Ванна в квартире была… тоже страшненькой, как и все тут присутствующие бабы! Ну, кроме сестры — она девочка! Часть плитки на стенах колота, словно в неё бились головой. Часть в каких-то грязных подозрительных разводов, словно по ним кто-то мазал… шоколадом! И не отмыл. Сама ванна немало ржавая, хотя это скорее не ржавчина, а следы от воды без фильтров. Смеситель… кажется был не раз облеван и толком не отмыт. И все это, при том, что самому дому то чуть больше пятнадцати лет! Это не полувековая древность! Откуда… такой гадюшник⁈

Дама-ботанка, которую тащила сестра за ногу, словно плюшевого медведя, пыталась ей сопротивляться. И брыкаться, и кричать… но очередной легкий рывок ноги все это обрывал в зародыше. Да и попытка зацепится за косяк комнаты с толстой любительницей музыки тоже ничего не дала — против танка руками не повоюешь!

Так что сестрица без особых проблем, затащила её в ванну, сунула в это самое грязное эмалированное корыто, по недоразумению называемое тоже «ванной», закинув туда шесть десятков килограмм мяса костей пришей и жира словно игрушку, и… включила воду в душе.

— Кто вы такие? — пролопотала эта убогая, видя пред собой… только едва заметно колышущеюся пустоту и висящею в воздухе лейку грязного душа. — Я бу… — что она там будет мы не узнаем, так как сестрица, отломив лейку от шланга, сунула последнее в рот барышни, а после её протеста подтолкнула поглубже, заливая потоком воды всю глотку, частично поливая водичкой и легкие.