Встряхнулась, сосредоточилась, посмотрела на меня глазами полными решимости.

— Я сама схожу! Одна!

— Тебя из стороны в сторону мотает, как на корабле в шторм, — скривился от такого дела, глядя на неё, и припоминая то, как она шла от стенки к стенки по дороге из сортира, а в сортире, чуть мимо толчка не промахнулась, пикируя, на стульчак.

И это я не вспоминаю тот факт, что она сейчас в принципе порой не контролирует свое тело, что решает начать дрожать и спазмироватся явно само по себе, от восстановления защемленных нервов в шейном отделе позвоночника.

У неё, так-то, очень серьёзная травма! Пусть она и не понимает этот факт до конца. Ведь боль, тоже блокирована.

— Вместе пойдем! В режиме кентавра!

Я за ноги, что хоть и простреленные, но кости целые, и двигать ими я могу, пусть и хромая. А сестра… имеет не настолько побитый вид лица, как у меня! Хотя бы в части глаз, а с остальным поможет грим.

— Ты уверен? — вновь смерила меня сестрица внимательным взором сверху донизу, поджав нижнюю губу, как это делает мама, когда чем-то явно недовольна.

И эмоция эта явно неистинная, а напускная, сестрица проверяет эффект, какой дает эта вот, слизанная с родительницы мимика. Учится даже в таком состоянии! Молодец! И я ею горжусь! И эта еще одна причина, почему сеструха будет сверху, торгуя личиков — у неё с эмоциональной маской все лучше, чем у меня!

Да и язык подвешен как надо, пусть она и теряется временами, когда собеседник говорит «не по тексту», или разговор ходит в неожиданное русло, незнакомую сферу, где сестренка может только плавать, а иногда и какать. Не говоря уже о том, что принятия решений, ей порой очень тяжко даются.

— Уверен, вполне! Заодно потренируешься отыгрывать роли! Тебе же нужна практика, ведь так?

Она кивает в ответ, сознаваясь, что кривляться пред зеркалом ей надоело, а я тот еще чурбан в плане демонстрации реакции общества на ту или иную позу. Она прекрасно осознает, что ей, учащейся на книгах, категорически не хватает практики общения с людьми! И ни я ни родители, этими людьми быть не можем.

Ей нужна практика! Ей нужно отыгрывать разные роли! И на разных людях! Учится… манипулировать! Или хотя бы подавать себя в нужном ключе. А не сидеть взаперти, в тайнике, неделями, играя лишь для самой себя, кривляясь, глядя на собственное отражение. Так… много не достигнешь! И быстро упрешься в потолок понимания, имея лишь одну, собственную точку зрения. И по факту — уже.

— Так что попрактикуемся! Сегодня… будешь у нас, злобной уродливой ворчливой и стервозной бабой!

— Брр! — встряхнулась сестра, и сложила ручки на груди.