— Дда! — сказала сестрица, сказав это прямо в «микрофон», а я тут же изобразил звук топота ножек от двери до ванной, и плеск воды, будто она прыгнула в чашу с разбега.

Мать вздохнула.

— Дети… — вздохнула родительница, явно не желая прекращать разговор вот так вот, на такой ноте и с такими условиями.

Но все же послушалась и пошла прочь. Заглянула в детскую, увидела деньги на столе, но не стала их брать. Увидела грязные следы ног на полу, хотела замыть, но спохватилась — ведро с тряпкой в ванной! А там мы закрылись. И пошла в спальню, разделась, легла спать, долго молча обнимая подушку, роняя скупые слезы, и думая о чем-то своем, мне недоступном.

— Майк… — пробормотала она, засыпая, и на этот раз, уже крепко и не просыпаясь через пару минут дремы.

Мужик с крошками начал кормить голубей, собрав вокруг себя целую стаю, что его и невидно стало, а мы, поняв, что более нам не требуется играть эту сценку, поспешили покинуть парк, что бы погулять по городу. Время у нас есть, а особенности архитектуры и планировки улиц нашей будущей «резиденции» стоило бы изучить заранее. Хотя бы для того, чтобы понять — а оно нам вообще надо⁈ Или и в Сиэле, несмотря на его удаленность от основных городов, тоже неплохо?

Ну и чтобы не высаживать и без того потрепанные плащи невидимки в ноль — нам еще в поезде в них ехать! Гулять мы решили естественно без них, и почти сразу нарвались на проблемы — стая каких-то детей нашего возраста и в школьной форме, захотела нас побить и отметилить, за то, что мы пришли «не в тот район».

И какие же они наивные и милые! Были, пока сестра их всех в бараний рог не позагибала, даже не используя и капли магии и вообще сдерживаясь по полной, пока я стоял и зевал, наблюдая за этой свалкой.

Формы помяты, портфельчики тут и там валяются, кучка постанывающих тел без единого синяка! Достижение! Настоящее достижение! Ну и толпа убегающих, что оглядываясь кричит нам, какие у нас будут проблемы, когда они позовут взрослых.

— И не стыдно им? — пробормотал я, глядя им в след, — Сколько их там было? — взглянул я на сестренку.

— Двадцать. — заявила она, а на мой вопросительный взгляд пояснила, — Я считала! Девять мальчиков и одиннадцать девочек! — а на мою вскинутую бровь пояснила. — Их легко отличить друг от друга фасону школьной форме. Не смотри так на меня! Не щупала я их! Вот, — подняла она подол пиджачка одного тела, не успевшего убежать, и что тут же начало протестовать, но получив легкую пощёчину протест прекратила, — И вот, — подцепила сестра подол пиджачка иного костюма, чей владелец только протяжно вздохнул. — видишь насколько первый длине второго? Это девочка!