Наконец Феномен медленно протянул мне руку.
— Договорились.
Мы пожали друг другу руки. Его ладонь была холодной, сильной, но я держал крепко, сжимая до того момента, пока он первым не попытался выдернуть.
Паша Решалов, стоявший рядом, оживился.
— Саня, ну ты, конечно, затейник. Такая коллаборация взорвёт интернет. Он реально популярен, а ты пока уступаешь в медийке.
— Учусь, — ответил я. — Не боги горшки обжигают.
К нам подошёл второй брат, куда-то отходивший.
— Файтер, у меня для тебя есть сюрприз, — поведал он с хитрой улыбкой. — Причём такой, что тебе точно понравится.
— Я, конечно, сюрпризов не люблю. Обычно за ними больше мороки, чем радости, — сказал я. — Но раз уж ты так уверен, что мне понравится — говори, что за сюрприз?
Лёша отрицательно покачал головой.
— Нет, если скажу, сюрприз перестанет быть сюрпризом. Пойдём, лучше покажу. Там всё уже готово.
— Ну пойдём.
Мы вышли в коридор. Я шёл за Лёшей и пытался угадать, что он задумал. Пиар-ход? Провокация от организаторов? Или очередной трюк, чтобы подстегнуть интерес к финалу?
Впрочем, гадать долго не пришлось.
Мы подошли к массивной двери, у которой стоял Антонио. Этого парня я успел более-менее изучить и заметил, что в его глазах сквозило удовольствие, будто он знал, что сейчас меня действительно удивят.
— К тебе приехали, — сказал Антон, улыбаясь.
Мысли гадали кружиться в голове. Кто? Откуда? Но и тут ждать долго не пришлось.
— Заходи, — кивнул Антонио и толкнул дверь.
Глава 13
Дверь вела прямиком к холлу, я вошёл в него вслед за Лёшей и Антонио, огляделся… И вдруг услышал до боли знакомый голос.
— Саня! — раздалось громко, с хрипотцой, но в этом голосе было столько радости, что я аж застыл. — Здоров, брат!
Ноги будто приросли к полу. Из глубины холла шагал Игнат собственной персоной — так же, как всегда, размашисто, уверенно. Плечи расправлены, руки широко разведены. Его лицо светилось открытой улыбкой, а в глазах горел тот самый блеск, который невозможно подделать — радость, настоящая.
— Привет, брат! — радостно ответил я.
Мы обнялись крепко, так, что кости захрустели. Неожиданно, конечно, я не думал всерьёз, что Игнат тогда говорил серьёзно, и он действительно приедет за тысячи километров на финал. Но приехал же, что не могло не радовать.
— Ну что, как дорога? — спросил я, чуть отстранившись и невольно осматривая его с ног до головы.
От него пахло тем самым одеколоном, который я помнил ещё по залу: резкий, дорогой, стойкий. И выглядел он бодро, подтянуто, будто дорога не отняла у него ни капли сил. Я поймал себя на мысли — чертовски рад его видеть здесь, рядом.