— Было бы что рассказывать, — усмехнулся я. — Я, признаться, до сих пор немного не в себе.

— Понимаю, — невесело усмехнулся Ландер, ведя меня по храмовым коридорам. — Давай тогда я расскажу тебе, что нас сегодня ждет, а потом отвечу на твои вопросы?

— Давай, — согласился я.

— Мутный он какой-то — недовольно фыркнул Виш. — Я бы не стал ему доверять.

Ого, Виш что, ревнует?

— Сегодня по расписанию у нас три занятия, — начал свой рассказ Ландер фон Штерн. — История Империи, затем обед, далее Боевая подготовка, ужин и Медитация.

— Ого! — удивился я. — Одно занятие идет три часа?

— Четыре, — поправил меня Ландер. — Но с Медитации нас частенько отпускают.

— Занятно, — протянул я. — А какие у тебя взаимоотношения с Буром и его компашкой?

— Нейтральные, — поморщился Ландер. — Бур Коровин из ремесленников, хвастался, что кузнец. Хотя, судя по его фамилии, он из пастухов. Остальные — такая же голытьба, как и эти.

Ландер даже не посмотрел на следующих за нами новиков, но я сразу же понял, кого он имеет в виду.

— Прыщавый не выглядит крестьянином, — заметил я. — Слишком злой.

— Худяш не говорит, но я думаю, что он из беглых рабов.

— Говорящее имечко, — усмехнулся я.

— Среди крестьян такое распространено, — кивнул Ландер. — А насчет злобы ты верно подметил. Её в нем на троих хватит.

— Остальные — подпевалы?

— Илан и Ростик-то? Они самые. Вместо того, чтобы со своими держаться, решили к Буру с Худяшом прибиться.

— Мда уж, — я покачал головой. — А фамилии их знаешь?

— Какие фамилии у крестьян? — удивился Ландер. — Коровин — единственный, кто выделился. Думается мне, его семья кому-то из благородных служила.

— Ладно, а остальные?

— Я их имена даже запоминать не стал, — отмахнулся Ландер. — Помрут в первом же Проколе.

— С чего ты взял?

— Они уже неделю с чем-то в Храме и до сих пор не решились за себя постоять, — для Ландера это было нечто само собой разумеющееся. — Мясо.

— Занятно, — протянул я, ловя промелькнувшую мысль. — А ты сам-то давно здесь?

— Две недели, — с достоинством отозвался Ландер. — Я когда в Храм попал, Коровин уже месяц здесь провел. Худяш две недели. Илан с Ростиком чуть поменьше.

— Приставали?

— Попробовали, — усмехнулся Ландер. — Но куда вчерашним крестьянам до фон Штернов!

— А эти? — я кивнул в сторону, имея в виду следующих за нами новиков.

— От пяти до семи дней, — разом поскучнел Ландер. — Дались они тебе!

— У меня на них свои планы, — усмехнулся я и, немного помедлив, добавил. — Крестьяне должны пахать.

Объяснять Ландеру про гражданское общество и про то, что все люди равны, не было никакого смысла.