Вроде та же самая сорная трава, что захватила все поместье, но здесь она была… гуще, что ли?
Я присмотрелся к этому месту и неожиданно для себя уловил свечение, пробившееся сквозь толщу земли.
Как будто там… было что-то закопано!
— … Подскажет…
А ведь если бы я не увидел это поместье сверху, я бы ни в жизнь не обратил внимание на эти сорняки! Чуть выше остальных — да и ладно.
Сейчас же я точно знал, где искать спрятанный клад. И что-то мне подсказывало, что это клад семьи Пожарских.
Да и эти порывы ветра, приносящие мне обрывки слов, явно намекали на сокровищницу рода!
Найди родовую казну… Кровь подскажет…
Хах! Если я запомню этот сон, то я точно не спутаю это поместье ни с каким другим!
Я бросил взгляд на поместье, желая убедиться, что запомнил все до мельчайших деталей, но вместо заброшенного особняка увидел огромное золотое море.
— Ну вот, — пробормотал я себе под нос, — Здравствуй, привычный сон.
Я с удовольствием нырнул рыбкой и заработал руками, привычно загребая под себя россыпь золотых монет.
Не знаю, сколько я так плавал, то зарываясь в золото, то «всплывая» наверх, но в какой-то момент я осознал, что долгое время не слышу Виша.
И действительно, левое плечо, которое облюбовал мой фамильяр, было пусто.
На сердце тут же накатила тревога, и я резко почувствовал себя как-то… некомфортно.
Неужели я настолько привык к Вишу?
Эту мысль я додумывал, проваливаясь в золотое ничто.
Последнее, что я увидел перед тем, как ухнуть в сияющую золотом пропасть и проснуться в карцере, была монета с чеканкой в виде трехлистной лилии.
* * *
*КПД — коэффициент полезного действия
Глава 12
Это же время. Храм. Келья настоятеля
— Вторая драка за месяц, — действующий настоятель Храма, князь Михайлов вопросительно посмотрел на сидящих перед ним подчиненных. — Да ещё и с применением магии… Майор Камнев, вам есть что сказать?
На келью кабинет настоятеля Храма походил меньше всего.
Резная дубовая мебель, огромный письменный стол из железного дуба, висящие на стенах картины, повествующие о закрытии Проколов — все это так и кричало о богатстве.
Ну а висящий над окном портрет почившего Императора и выставленные на специальной полочке благодарственные письма из императорской канцелярии показывали статус князя Михайлова.
Будучи полковником, он — Воин седьмого ранга — по праву считался опытным армейским командиром, и текущее его назначение ясно давало понять, что князь находился в опале.
Причин ссылки не знал никто кроме князя и вдовствующей императрицы, но злые языки поговаривали, что в этом деле не обошлось без дамы.