— Чего тогда сам не расторговываешься? — усмехнулся я.

— Мне в Николаевск нельзя, — Анисим скопировал мою усмешку. — Иначе стал бы я тут с тобой разговоры говорить?

— А кто тебя знает? — я пожал плечами.

— Меня все знают, — Анисим кивнул на Пахома. — И местная голытьба, и норвежцы.

Пахом на этих словах скрипнул зубами, но промолчал.

— Так ты норвежец? — в лоб спросил я. — Мне проблемы с международной торговлей не нужны.

— Поморы мы, — с гордостью заявил моряк, подтвердив мои догадки. — И рыбачу я на своей территории.

Что-то мне подсказывало, что под своей территорией Анисим имеет в виду не только все Баренцево море, но и Норвежское.

— Мне нужна чистая сделка, — я покачал головой. — С гражданином Империи.

— Вообще не проблема, — усмехнулся Анисим. — Иван!

— Здеся! — гаркнул один из моряков.

— Покажи свой амулет!

Рыбак с готовностью вынул из-за пазухи артефакт и продемонстрировал его мне.

Я только хотел спросить, и что я должен там увидеть, как заметил выбитого на амулете двуглавого орла.

— Пойдет, — кивнул я.

— Сделку заключим через Ваньку, — Анисим широко улыбнулся. — Вот только деньгу приму со счета на счет.

— С какого счета? — не понял я.

— Ты же Купец, — удивился Анисим. — Неужто у тебя до сих пор нет счета в банке?

— А зачем он мне?

— А как ты сделку фиксировать собираешься? — Анисим покачал головой. — Несерьёзный подход у тебя, Макс.

— Позор, — проворчал Виш. — Сиволапый крестьянин делает замечание без пяти минут дворянину! И ведь он прав…

— Не было надобности, — поморщился я, прикидывая про себя, сколько времени уйдет на то, чтобы добраться до Николаевска. — Через пять дней будет.

— Давай через семь, — выдвинул встречное предложение Анисим. — Пока мы сходим за королевской сельдью, пока наловим, пока назад вернемся.

— Давай через семь, — не стал спорить я. — Возьму восемьсот бочек!

— У тебя ж всего четыреста? — удивился Анисим.

— Все верно, — кивнул я. — Оптом возьму две бочки за золотой.

— Побойся Древних! — взревел Анисим. — Одиннадцать бочек за десять золотых!

— Восемнадцать, и заберу всё, что наловишь!

— Да даже двенадцать бочек за десятку — это грабеж среди бела дня!

— Семнадцать, и по рукам!

Наш торг продолжался почти полчаса.

Мы не обращали внимания ни на волны, ни на ветер, ни на возмущенное сопение Пахома.

Торг не прервался даже тогда, когда на палубе появился помощник Анисима и продемонстрировал мне королевскую сельдь.

По итогу сговорились на пятнадцать бочонков за десять золотых, при условии, что бочки будут дубовые или, на крайний случай, буковые.

Я обещался взять шестьсот бочек королевской сельди за четыреста золотых.