Черные от угля лица, мускулистые торсы, прикрытые кожаными фартуками, хмурые молотобойцы с каменными мозолями…

К тому моменту, когда мы оказались в огромном светлом ангаре, на другом конце которого красовались не менее огромные ворота, за нами следовало чуть ли не весь трудовой резерв нашего завода.

Слева от ворот стояли обеденные столы, а справа один-единственный письменный стол, вокруг которого стояли ровные кипы исписанных листов.

За столом сидел лысый мужичок с седой бородой и, подслеповато щурясь, писал что-то карандашом на очередном бумажном листе.

— Пылаевы! Их Благородия вернулись! Пылаевы пришли!

— Гришка, не буянь! — прикрикнул на пацана лысый, не отрываясь от бумаг. — Какие Пылаевы, ты разе не видишь, что ворота закрыты? А ну марш работать! Если завтра Демидовым не отгрузим полторы тысячи пудов чугуна, урежут пайку и уголь!

— Дядь Борь! Да ты сам посмотри! С дальнего камина пришли! Там сейчас светло, как днем!

В голосе нашего провожатого было столько радости и надежды, что лысый неохотно оторвался от бумаг и бросил на нас сердитый взгляд.

— Великий горн! — лысый схватился за сердце и откинулся на стул. — Это морок?

— Они настоящие, дядь Борь! — заверил мужичка пацана. — Вон тот здоровый мне такой подзатыльник дал, что я…

Бац!

Камнев, оказавшись рядом с нашим провожатым, отвесил повторный подзатыльник.

Да такой, что Гришка кубарем покатился по полу.

— Не вон тот здоровенный, — прогудел Камнев, — а Его Благородие, барон Камнев-Пылаев. Будь на моем месте кто другой, тебе бы уже язык отрезали.

— Увы, но это правда, — подтвердил я, шагая вперед. — Моего друга вы знаете, а теперь представлюсь и я. Граф Макс Огнев-Пылаев. Новый хозяин этого сталелитейного завода.

— Но… как? — лысый переводил неверящий взгляд с меня на Дмитрия и обратно. — Ведь ворота закрыты…

— А вы, простите, кто?

— Борис Шахов, — представился мужичок. — Управляющий заводом.

— Приятно познакомиться, — кивнул я. — А скажи-ка, Борис, ты один управляешь всем заводом или есть заместители и коллеги?

— Один, — помрачнел Борис. — Остальные к Демидовым ушли.

— И много ушло? — прогудел Камнев.

— Две тысячи мастеровых и практически весь совет правления…

— Ого, — я, оглянувшись, с уважением, посмотрел на столпившихся за нами людей. — А вы чего не ушли?

— Тут остались те, кто не пожелал нарушить клятву роду, — вздохнул Борис. — Демидовы всеми правдами и неправдами пытаются… — он осекся и тут же нахмурился. — Пылаевы, говорите?

— Ну да, — кивнул я. — А что, не похожи?

— А как вы, Ваши благородия, к нам сумели попасть?

— Через портал. А вы, Борис, с какой целью интересуетесь?