Лич медленно повернулся и смерил меня оценивающим взглядом.

— … нужно избавиться от источника пыли…

— Валим, Макс! — запаниковал Виш. — Видишь склянку, которую он держит? Она аж светится от заключенной в ней Силы!

— А знаете, что ещё плохо в Проколах? — выдохнул я, следя за каждым движением лича и готовый в любой момент выпрыгнуть из окна.

Я сделал ставку на любопытство лича, и сейчас мне предстояло проверить, не ошибся ли я.

Если Виш прав, и этот лич — алхимик, то возможно любопытство сильнее жажды убийства?

— Что?

Моя ставка сыграла, и лич заглотил наживку.

— Одинаковые зелья.

— Что ты несешь, Макс? — Виш вцепился когтями в плечо. — Ох сейчас прилетит…

— Ты прав, чужак, — лич посмотрел на полку с зельями. — Скучно. Плохо.

— Ингредиенты, — произнес я, сразу же отвечая и Вишу, и закидывая следующую наживку. — В Проколе нет пыли, но и нет новых ингредиентов. А у меня есть.

— Что у тебя есть? — тут же заинтересовался лич.

— На самом деле, мало чего, — признался я. — В основном, готовые зелья. Я не знал, что встречу в Проколе разумного исследователя.

Не знаю, подействует ли на лича лесть, но большинство ученных тщеславны. Правда, охочи они не до денег, а до признания.

Если у лича сохранился интерес к алхимическим экспериментам, то… чем черт не шутит, может быть, остались и другие человеческие качества?

— Исследователь, — откликнулся лич. — Да, это так. Но я застрял. Не могу продвинуться дальше. Не могу решить задачу.

— Задачу? — переспросил я. — Неужели ты тоже ищешь философский камень?

Раз лич — исследователь, то нужно подкинуть ему несколько интересных задач, заинтересовать его, сыграть на его тщеславии и жажде открытий.

Другими словами, вычислить его слабые места и надавить на них. Этим я сейчас и занимался.

— Что за философский камень? — не понял Виш. — И почему «тоже»?

— Что за философский камень? — вслед за Вишем заинтересовался лич.

— Это нечто, что может не только превращать свинец в золото, но и подарить почти вечную жизнь.

— Скучно, — вынес вердикт лич. — Первое слишком трудозатратно. Второе слишком долго.

— Кому как, — не стал спорить я. — На моей памяти практически никому не удалось найти философский камень.

— Практически? — уточнил лич. — То есть, кто-то его нашел?

— Можно сказать и так, — уклончиво отозвался я. — Признаться, я и не знал, что есть задачи интересней, чем поиск философского камня…

— Проколы, — немного помедлив произнес лич. — Прыгуны…

— Перебежчики… — закончил я, вспомнив беседу с Зубаевым. — Но при чем здесь зелья?

— Перебежчики — это кто? — проигнорировал мой вопрос лич.