Итого, за час с небольшим я насчитал:

1) 150 карат рубина, в основном среднего качества — примерно 150 тысяч рублей

2) 300 карат сапфиров — примерно 400 тысяч рублей

3) 200 карат изумруда — 200–250 тысяч рублей

4) 850 карат шпинели махенге — вот тут вышло неплохо, примерно 1 миллион 200 — 400 тысяч рублей

5) 1200 карат родолитов высшей пробы — 500–600 тысяч рублей

6) 700 карат лунного камня — тут цена могла быть какой угодно, от жалких семи тысяч рублей до 700 тысяч рублей, потому что этим словом назывались разные камни, и что именно было в мире Андрона — я понятия не имел.

7) 150 карат александрита — здесь он был редким, 600 тысяч рублей.

8) 900 карат топазов, и дешёвых жёлтых, и дорогих голубых — в среднем выходило в районе 550 тысяч

9) 1050 карат бриллиантов, в основном крупными камнями — тут Андрон по незнанию просчитался, так как бриллианты в этом мире ценились хуже, чем остальные драгоценности, и цена им была от силы 150 — 200 тысяч рублей

10) И, наконец, основной вес и основная цена — не то австралийские, не то эфиопские, не то яванские опалы и агаты. В этом мире в России они были в диком дефиците, потому что все территории, на которых их добывали, были или под вражеской Восточной Кликой, либо под дикими австралийскими племенами. За качество я не мог поручиться, поэтому я округлённо посчитал 500 грамм опалов по два миллиона пятьсот тысяч рублей.

Итого у меня со всеми возможными скидками вышло шесть с половиной миллионов рублей — то есть примерно две-три тысячи моих годовых зарплат. Около пятой части драгоценных камней и опалов я решил не обналичивать, удержать и припрятал по карманам — получалось около пяти миллионов. Оставшийся чертёж я вполне готов «толкнуть» за два миллиона, но решил положиться на волю случая и сговорчивость Евгения.

— Что ж… — пробормотал я, поднялся, и мы отправились в указанное кафе «Гюнтер», которое располагалось в двух кварталах.

Маршрут даже по столь оживлённой улице, когда ты обременён столь внушительной суммой в форме драгоценных камней, кажется весьма опасным, но преодолели мы его без приключений. До указанного времени осталось сорок минут. Мы сели сначала на летней веранде, потом я вовремя спохватился, подумав, что место не вполне безопасное, и велел пересесть в середину зала. Кондиционер работал отвратительно, к чему я уже был вполне привыкший. Ничего, подумалось мне, скоро я окажусь в краях бескрайнего снега — уж там-то охлажусь вдоволь.

Евгений приехал с опозданием на полчаса, как раз, когда я доедал вторую порцию острых куриных крылышек. Взъерошенный, пахнущий алкоголем, со свитой: всё тот же очкастый парень и четверо головорезов, один из которых, расплывшись в полу-беззубой улыбке, пожал руки Виталию и Вячеславу. Евгений хлопнул на стол чемодан.