— Удачного пути, странник!

Голос стража у ворот отвлек меня от мыслей. Я кивнул и поблагодарил его. Да, удача мне точно пригодится. Ворота города оказались позади, и я пришпорил коня — через пару часов стемнеет, и я не смогу быстро ехать даже по дороге. Ночью лошадь может оступиться и получить травму. В таком случае я точно в седле не смогу удержаться.

Ночь застала меня в пути, посреди леса. Пришлось спешиться, свернуть в сторону гор и вести лошадь следом за собой. Зато через час я добрался до основания горы, где можно было устроиться на ночлег. Приготовил все для костра, но не стал его разжигать. Пусть будет на случай, если запах привлечет волков.

Глаза слипались, но я не ложился. Натаскал листвы и устроился в небольшой ложбинке, укутавшись плащом. Спать пришлось сидя, чтобы быстрее проснуться в случае необходимости, но моя осторожность оказалась излишней — за ночь никто нас не побеспокоил. Подкрепившись остатками еды с Вельсара и найденными по дороге ягодами, продолжил путь.

Вот только добраться до Горстейна без проблем не дали. На дорогу выскочили трое людей, выставив вперед оружие. Один из них был вооружен коротким мечом и маленьким круглым щитом, второй сжимал в руках кинжал, а третий стоял немного позади, сжимая дубину с железным навершием. Похоже, им что-то понадобилось от бедняги Ричи.

— Хорошая у тебя лошадь, — заметил мечник, рассматривая лошадь.

— Хочешь себе такую?

Я спрыгнул на землю и встал между лошадью и своими собеседниками. В моих руках появился меч, что заставило их занервничать.

— Ты это... бросай глупости. Отдай лошадь и свою ковырялку, можешь уходить спокойно.

— Ага, может, еще и помочь лавки Вельсара обнести?

Разбойники заржали и жадными взглядами проскользили по сумкам, прикрепленным к седлу.

— Ладно, хватит болтовни, или отдай добровольно, или заберем сами.

Разбойник с булавой сместился в сторону, пытаясь зайти мне за спину, остальные двое направились прямо ко мне. Нет, ребята, вы явно не поняли с кем имеете дело. За время путешествия энергия у меня восстановилась до максимума, так что я был почти во всеоружии. Стоило им подойти на расстояние пару шагов, я призвал барьер и сам набросился на них.

Меч в моих руках засиял, повергнув горе-разбойников в шок. Их переговорщик попытался пырнуть клинком мою защиту, но барьер справился идеально. Одним ударом снес ему руку по локоть, а второму наотмашь разрубил ключицу. Оба упали на землю и завыли от боли. Если остановить кровотечение, жить будут. Детина бросил свою дубину и попятился назад, когда я повернулся к нему.