Глава 18
Первые дни были самыми трудными. Вилла просыпалась и первым делом тянулась к телефону — проверить, не написал ли он. Он не писал. Она бросала телефон на кровать и шла в душ, ругая себя за эту слабость. Она сама сказала «хватит». Сама поставила точку. Какого черта она ждала, что он будет ее разубеждать? Он не будет. Он не из тех, кто уговаривает. Он из тех, кто принимает решение и живет с ним. Она это знала. Она на это и рассчитывала, когда говорила те слова. Вот только легче не становилось.
На пятый день она поймала себя на том, что стоит у полки в супермаркете и держит в руках его любимый чай. Поставила обратно. Взяла свой. На кассе развернулась, вернулась, взяла его чай и бросила в корзину. Дома поставила пачку в шкаф — туда, где она всегда стояла, когда он приходил. Открывала шкаф, смотрела на нее, закрывала.
Царица ходила за ней по пятам и мяукала чаще обычного. Вилла знала, что кошка чувствует ее состояние, но ничего не могла с собой поделать. Она работала — механически, без огня. Клиенты подписывали контракты, проекты двигались, но она не чувствовала ни удовлетворения, ни радости. Просто делала свою работу.
На десятый день она удалила его номер.
Через двадцать минут восстановила из облака.
После этого швырнула телефон через всю спальню.
Экран выдержал.
Она — не очень.
Вечером Вилла поймала себя на том, что мысленно спорит с ним. Полчаса доказывала Рою Кейну, что он самодовольный контролирующий ублюдок.
Проблема была в том, что Роя в комнате не было.
Только она.
И это бесило еще сильнее.
Иногда ей казалось, что разрыв должен был принести облегчение.
Разве не этого она добивалась?
Свободы.
Воздуха.
Права принимать решения без чужого вмешательства.
Так почему же теперь квартира казалась больше, тише и пустее, чем раньше?
Ответ ей не нравился.
Поэтому она старалась о нем не думать.
Прошло полторы недели после ссоры. Вилла пыталась работать, пыталась не думать, пыталась убедить себя, что ей все равно. Не получалось. Рой не писал. Она не писала. Тишина давила.
Хейл подготовил почву, компрометирующие документы по поместью Блэквуда легли на стол его адвокатам, и те настоятельно рекомендовали Доминику затаиться. Но Блэквуд, не подозревавший об истинной причине, списал это на совпадение и все равно позвонил Вилле, уже из Дорсета, уже после того, как якобы уладил дела.
У него было конкретное предложение по мероприятию, благотворительный вечер в его поместье, человек на сто, срочный заказ. Она согласилась встретиться. Не потому что он был ей интересен, потому что работа была единственным, что держало ее на плаву.