— Даже ты мне не веришь, да?
Глава 11
Через день Рой прислал правки по концепции. Сухие, деловые, по пунктам. В конце письма была строчка: «Если удобно, можем обсудить детали сегодня. Ужин. То же место. 19:00».
Вилла прочитала сообщение три раза. То же место. «Иль Сегрето». Где они были в прошлый раз. А после он впервые поцеловал ее в машине под дождем. Это не было случайным выбором. Он знал, зачем зовет ее туда. И она знала, что он знает.
Она ответила одним словом: «Буду».
Вечером она снова стояла перед шкафом. На этот раз она не колебалась. Она знала, зачем идет. Знала, чем это закончится. И приняла это.
Она надела черное платье, узкое, до середины бедра, с длинными рукавами и вырезом, который открывал ключицы и ложбинку ровно настолько, чтобы он хотел увидеть больше. Нижнее белье выбрала тщательно: черный кружевной бюстгальтер, который приподнимал грудь, делая ее еще заметнее, и такие же трусики — бразильяна, с высокой талией, подчеркивающие изгиб бедер. Она знала, что он увидит это белье сегодня. И хотела, чтобы он запомнил.
Волосы распустила, тяжелая темная волна упала на плечи и спину. Нанесла каплю духов за уши, на запястья, в ложбинку между грудей — сандал, полынь, тот самый аромат, который он, она знала, запомнил. Подвела глаза темным, губы тронула прозрачным бальзамом — ей хотелось, чтобы он чувствовал ее вкус, а не вкус помады.
Посмотрела в зеркало. Оттуда на нее смотрела женщина, которая приняла решение.
«Сегодня. Я хочу его. Я получу его. А завтра… завтра будь что будет».
Рой приехал раньше. Сидел за тем же угловым столиком, пил воду, смотрел на дверь. Когда она вошла, в черном платье, с распущенными волосами, с горящими золотом глазами, он почувствовал, как кровь в его жилах становится горячее.
Она шла к нему через зал, и каждое ее движение, поворот бедер, взмах волос, то, как она ставила ногу в туфле на каблуке, отдавалось у него в паху. Он встал. Она подошла. Они не обнялись, не поцеловались. Просто посмотрели друг на друга.
Он видел, как ее зрачки расширились, как она чуть приоткрыла губы, втягивая воздух — его запах.
Она видела, как его челюсти сжались, как пальцы, лежащие на столе, чуть согнулись, словно он сдерживал желание схватить ее прямо здесь.
— Ты пришла, — сказал он. Голос низкий, хриплый.
— Ты позвал.
Они сели. Заказали вино, еду, почти не глядя в меню. Усатый итальянец, хозяин, принес бутылку красного и посмотрел на них с понимающей улыбкой, но ничего не сказал. Он видел много пар в своем ресторане и знал, когда слова лишние.
Они говорили о деле. О концепции приема, о площадке, о том, что лорд Эшфорд прислал очередное письмо с дурацкими пожеланиями. Вилла заправляла прядь волос за ухо, и Рой следил за движением ее пальцев. Он резал мясо, медленно, точно, и она смотрела на его руки, на проступающие вены, на то, как нож входит в плоть, и представляла эти руки на своем теле. Они оба ели мало, пили умеренно. Им не нужна была еда. Им не нужен был алкоголь. Им нужен был только предлог, чтобы сидеть здесь и смотреть друг на друга, пока напряжение между ними не достигнет точки кипения.