Основательно отдохнув, вернулся в свое поместье. Успокоил друзей, начавших волноваться из-за моего длительного отсутствия и невозможности выйти со мной на связь. Замок был экранирован, а потом я сам отключил артефакт связи, чтобы по оставляемому девайсом магическому следу мою личность невозможно было бы привязать к массовой гибели людей.

После общения с друзьями, имел встречу и долгий разговор с одним старинным знакомым. Чтобы уговорить его пойти на задуманную мной авантюру, пришлось потратить энергии и нервов, пожалуй, намного больше, чем за всё сражение с некромантом. Впрочем, дабы сохранить интригу, обо всем поведаю чуть позже.

Пока предавался воспоминаниям, шум в зале начал стихать. Отдельные выкрики из зала в мою сторону, по большей части оскорбительные, продолжали раздаваться. Пришлось еще немного подождать. Когда присутствующие окончательно успокоились, раздался пропущенный через электронные усилительные устройства скрипучий голос председательствующего на собрании архимага Этэлло Бронзо, самого древнего из членов Гильдии Магов:

— Магистр Лёд, вам была предоставлена возможность выступить на Высочайшем Конклаве вовсе не для того, чтобы вы разбрасывались голословными обвинениями в адрес уважаемых кандидатов на высокий пост. Испросив разрешение подняться на столь высокую трибуну, вы утверждали, что у вас есть какие-то достаточно убедительные доказательства… гм… не совсем… гм-м… ну скажем делающие невозможным некоторым кандидатам претендовать на высший пост в иерархии нашей славной гильдии.

На что я уверено ответил:

— Да, ваша милость, имею.

После этих слов я извлек из валяющегося у моих ног мешка череп некроманта и поместил рядом с собой. Пару минут присутствующие в зале удивленно взирали на лежащий на трибуне предмет, вроде как совершенно неуместный в стенах столь благородного собрания.

Наконец с одной из VIP лож донесся испуганный мужской голос:

— Это же череп Бессмертного! Не может быть! Нет, скорее всего, муляж. Магистр, изволь объясниться, для чего вся эта мистификация?

Тут и другие претенденты очухались, и на меня посыпался град вопросов:

— Да, да, магистр, что за провокацию ты тут устроил?

— Явная провокация! Мистификатора к ответу… — И так далее в том же духе.

Тем временем, большинство присутствующих продолжали наблюдать за происходящим в полном недоумении, что вполне объяснимо. Представьте, какой-то мутный тип, недавний выпускник провинциального ВУЗа, появляется на заседании Конклава, достает череп, явно не первой свежести, и это вызывает негативную реакцию в рядах претендентов на высокий пост.