Мы прошли через лесок к огромной луже, и там я указал на заболоченное поле.

— Туда от десяти до пятнадцати километров и обратно столько же! Дорогу мы не знаем, а уже пятый час. Опять ночевать у окна будем?

Яна передернула плечами и спросила напарницу:

— Может, и в самом деле сегодня отдохнем?

Лика напряженно и с некоторой даже тревогой посмотрела в небо, потом покачала головой:

— Выбьемся из графика.

— На фиг график, — немедленно отозвался Напалм. — Сейчас даже спичку взглядом не зажгу! Сил нет, сдох бобик!

Лика возмущенно фыркнула.

— Мы вдвоем сейчас можем пройтись, дорогу разведать, — предложил я компромиссный вариант и указал на лысую вершину в паре километров от нас. — Вон с того холма вся округа как на ладони. А завтра с самого утра выдвинемся на место.

Черная ведьма вновь посмотрела в небо и задумалась.

— Ладно! — сдалась она. — Так поступим. Идем, Яна.

Ведьмы ушли к лагерю, а мы с Напалмом зашагали в обход лужи. Я заметил на поясе пироманта револьвер и усмехнулся:

— Решил стволом обзавестись?

— Вера настояла, — пояснил Напалм. — Пристала как банный лист, возьми да возьми…

— И правильно сделала.

— Да ну вас!

Вскоре лужа обмельчала и превратилась в раскисшую грязь, уже начинавшую подсыхать по краям. Полевая трава сменилась низенькими кусточками, меж них желтела рыжая глина. Немного дальше среди высокой синеватой осоки зажурчал ручей; мы перепрыгнули его и зашагали к холму напрямик через поле. Под ногами влажно чавкала сырая глина, время от времени на пути попадались мутные лужи, приходилось их обходить. Но лучше так, чем по колено в воде пробираться.

— Я там порылся в сумках, пока ехал, — сообщил Напалм, достал пачку папирос и, пользуясь временной свободой, с наслаждением закурил. Насчет «и спичку взглядом не зажгу» он явно прибеднялся.

— Надеюсь, после этого наша сумка не потяжелела на пару-тройку килограмм? — поморщился я. — Если взял что-то сверху, надо вернуть. Был уговор поделить янтарь поровну.

— Вес не изменился, сумки взвесили, — уверил меня пиромант. — Просто небольшую сортировку провел. Чисто из эстетических соображений нам покрупнее куски янтаря отобрал. Надеюсь, это не идет вразрез с твоими моральными принципами?

Я осмотрел поле в прихваченный из лагеря бинокль и покачал головой.

— Не идет, уговор только по весу был.

Напалм заржал.

— А у тебя гибкие принципы, как я погляжу!

— Кто бы говорил, — проворчал я и спросил: — Как думаешь, сколько получится за янтарь выручить?

— Ювелир тебе, что ли? — фыркнул Напалм. — Там восемнадцать килограммов с копейками, и камни в основном крупные. С учетом доли скупщика где-то тысяч восемьдесят чистыми выйдет. Но надо надежного человека искать.