— Правильно, господин! — рыкнул Рикар, вскакивая на ноги — Только потянитесь за мечом! Враз руки по плечи отрублю!

— Ты пока помолчи, Рикар — на мгновение остановившись, ласково попросил я здоровяка, наградив его холодным взглядом, затем перевел глаза на заметно помрачневшего и начавшего оглядываться по сторонам Фирака и вновь зашагал вперед — Если бы ты просто метил на мое место — я бы еще смог это понять. Жажда власти так неодолима… Но ты собирался учинить здесь резню! Был готов пролить кровь МОИХ людей! За это ты умрешь. Умрешь сейчас! Подними меч и сделай шаг вперед!

— Ты не можешь… — выдохнул враз посеревший Фирак, с ужасом смотря на скользящее по моей щеке щупальце.

— Могу — растянул я губы в ледяной усмешке и делая еще один шаг к нему — Ну же! Сражайся! Или предпочитаешь сам перерезать себе горло?

— Что вы стоите⁈ — крутнулся на месте Фирак, открыто показав страх — Убейте тварь! Убейте!

Стоящий за спиной Фирака коренастый воин с серебряной серьгой в ухе не выдержал его панического взгляда и, опустив глаза к земле, пробубнил:

— Негоже нам вмешиваться, господин Фирак. Нелюдь или нет, но команда его признала! За ним право, клянусь фок-реем и грот мачтой! Он законный капитан этой шхуны, и если какой пройдоха метит занять место у штурвала и самому задавать курс, то ему и скрещивать с ним клинки. Таков Кодекс Морского Братства! Вы эту бучу замутили — вам и идти на абордаж! Верно я говорю, братья⁈

— Верно! — проорало сразу несколько глоток.

— Мы на капитанскую каюту не претендуем, нам и в матросском кубрике неплохо живется!

— Точно! Распускай паруса и вставай на встречный курс!

Будь я поспокойней, то обязательно бы заинтересовался проскочившим в их речи странным словечкам, но сейчас я мог думать только об одном человеке. О том кто попытался разрушить все, чем я дорожил и к чему стремился все последние недели — эта дворянская тварь посягнула на мой дом.

Больше я не делал попыток воззвать к чести Фирака. И так понятно, что трусливый граф боится выйти на бой против страшного ледяного чудища в черных доспехах. А если судить по роже с лихорадочно бегающими глазами и подергивающимися губами, он пытается придумать благовидный способ избежать поединка. Этого шанса я ему предоставлять не собирался.

Оставив меч болтаться за спиной, я неторопливо вытащил нож и шагнул вперед, сокращая разделяющее нас с ним расстояние. И еще шаг, кривя губы в презрительной усмешке. И еще шаг, наконец-то заставивший Фикара бороться за свою жизнь. Неожиданно тонко закричав, граф ухватился за рукоять меча обеими руками и вздев его над головой, кинулся ко мне. Этого я и ждал и спокойно загнал нож обратно в ножны. До меня ему не добежать. Может, я чего и не знаю о растущих из ограненного куска горного хрусталя щупальцах, но вот в их кровожадности и быстроте более чем уверен. Фикар видел, что я остался безоружным, но это его не остановило. Он прыгнул ко мне, направив меч в незащищенное доспехами лицо, еще успев издать торжествующий крик… переросший в дикий вопль, наполненный ужасом и болью. Пронзившие его ледяные побеги с каждым мгновением погружались глубже в тело и вой сначала перерос в пронзительный визг, а затем в слабеющий хрип, пока Фикар не замолк, бессильно уронив голову на грудь и стоя на подгибающихся ногах только благодаря поддерживающим его в воздухе щупальцам. Выпавший из мертвых пальцев меч косо воткнулся в мерзлую землю. Щупальца рывком высвободились из умершей добычи и взмыли в воздух, хищно поводя по сторонам окровавленными кончиками. Через секунду труп графа Фикара Ван Гиргати рухнул рядом со своим оружием. Кончено.