— О твоих особенностях. Это серьезно. — ответил я, сломав кусочек хлеба на пополам.
— Что же… Если это касается работы, то так уж и быть. — обреченно вздохнув, Критика довольно быстро добила свой обед и направилась к окошку приема грязной посуды. Вот это скорость!
Увы, мне пришлось ограничиться супом, поскольку было крайне некультурно позвать девушку на разговор, а самому в итоге долго хомячить. Отнеся поднос, я словил очень недовольный взгляд одной из сотрудниц на кухне. Милые повелительницы местного пищепрома воспринимали оставленную еду, как личное оскорбление.
Выйдя из столовой, я увидел Критику. Заметив меня, она махнула рукой и направилась к лестнице. Интересно, куда она меня зовёт?
Спустя мгновение мы оказались на крыше. Здесь всегда была припаркована парочка летающих глайдеров, поэтому дверь не закрывали. Да и зачем? Не в школе уже.
— И? Что ты хотел мне сказать? — Критика облокотилась на перила и повернула голову в сторону города.
— Ситуация хреновая. И скажу честно — мне она не нравится. — сухо ответил я.
— Так тебе рассказали… Забавно, что ты не слышал об этом раньше. Вроде… Ты живёшь с девчонкой из института? Они нас изучают, как подопытных кроликов. Ведут статистику и учёт. — пожав плечами, произнесла напарница.
— Просто я предпочитаю не говорить о людях, которые мне противны. Значит так… Я в благородство играть не буду!
— А я и не Меченный… Сэведж — давай уже признаем, что мы терпеть друг друга не можем? Я ненавижу идиотов. А ты… просто вбил себе в голову какую-то хрень. Кстати, даже интересно, а почему ты меня ненавидишь?
— Ситуацию с Федей «Бруклином» помнишь?
— Пфффф… — девушка злобно усмехнулась: — Ты серьезно?!
— Благодаря тем очкам ты стала вигилантом на несколько часов раньше меня. Да и вообще, я выкраивал себе это дело! Мне пришлось выполнить два задания Васильева в нерабочее время. А ты просто вырвала его у меня…
— На обиженных воду возят. Господи, Сэведж, ну ты и дурак… Я-то думала, чего ты вечно пыришься на меня, как маньяк на жертву. Уж подумала, может быть, это у тебя такое проявление влюбленности?
— Не льсти себе! Ты не в моем вкусе.
— Хорошо. Мне всё равно на это наплевать. Но… мне теперь так смешно, и одновременно… я чувствую разочарование. Змеиный король оказался таким неженкой и жадиной. Кто бы мог подумать? — Критика отвела взгляд в сторону: — Но не переживай. Я не намерена портить тебе жизнь. Приказ — есть приказ. Его надо выполнить! Поэтому я перешагну через себя, и постараюсь больше не убивать без надобности…
— Я приготовил такую пламенную и проникновенную речь, а ты взяла и всю соль испортила. Ну, что за человек?