— Естественно, — не поведя и ухом, ответил Иррелин.

— Ну хорошо, тогда предлагаю такое условие. Для зрителей, наблюдающих наш турнир, он, должно быть, выглядит очень скучно, куда скучнее чем предыдущие раунды. Так что предлагаю добавить немного красок. Победитель сможет атаковать проигравшего любым заклинанием, каким только захочет, и проигравший будет обязан согласиться, чтобы не были нарушены условия раунда.

— Любое заклинание?

— Абсолютно любое. Защищаться, естественно, можно, иначе мы друг друга поубиваем, но принять магию соперника будет нужно.

— Волнуешься? — усмехнулся культист. — Перестал поносить словами.

— Конечно, волнуюсь. Представляю, как буду готовить своё самое разрушительное заклинание.

Иррелин вновь расхохотался в голос.

— Ну ладно, посмотрим, что ты придумал, тем более что это ведь условие пари. Я выбираю сторону Закона.

— Отлично, — кивнул Ашадин, — тогда моя — Игра!

Стол и всё вокруг залило золотым светом, ярким, будто сияние миллиона золотых монет, однако вреда он никому не принёс. Просто именно так проявлялась главная магия Магистра Закона. После того, как обе стороны дали своё согласие на озвученные условия, нарушить их уже было невозможно. Что-то вроде клятвы души, но «моментальной».

А в следующую секунду Ашадин подкинул монетку в воздух. Умея это делать мастерски, он заставил её крутиться безумным волчком и подняться под самый потолок зала казино, однако вниз падать ей было рано.

Две могущественные силы: Магистра Закона и Грандмастера Искажения, золотая и тёмно-серая, столкнулись, желая добиться желаемого. По сравнению с тем разом, когда Ашадин играл в эту игру с Лазарисом, мощность противостояния выросла едва ли не на порядок, и разрушения, которые оно приносило, также значительно увеличились.

Спустя буквально секунду по потолку, а затем и по стенам казино пошли трещины, затрещали стальные остовы перекрытий, поднявшийся в зале самый настоящий ураган поднял с пола ковры, сорвал со стен гобелены с изображениями девушек в откровенных платьях, разметал по карточному столу, над которым находился эпицентр противостояния, все фишки и карты, а четвёрке бывших игроков, единственных непосредственных зрителей этой партии, пришлось окружать себя защитными магическими барьерами, чтобы не пострадать от последствий этой «простой» игры в монеточку.

Однако закончилось всё довольно быстро. Спустя буквально секунд пятнадцать золотой кругляш будто метеор рухнул на покерный стол, смотря на растрескавшийся потолок раскрытым посреди ладони глазом.

— Я выиграл! — довольный одержанной победой, воскликнул Иррелин, потирая руки в предвкушении.