— Поздравляю вас. Теперь, как и договаривались, вы сможете атаковать меня любой магией, какой только пожелаете, только давайте немного наведём на столе порядок, а то это меня немного раздражает, — Ашадин поймал пальцами фишку, едва не врезавшуюся ему в висок. Остаток вихря, что сформировался столкновением их сил, ещё продолжал вращаться прямо над столом, увлекая за собой всё, что на этом столе находилось.
— Так как предыдущий кон вы сыграли в ничью, банк будет разделён между вами поровну, — продолжая сохранять максимальную невозмутимость, произнёс Мастер Хаоса.
Ашадин к этому моменту уже притянул к себе ровно половину фишек.
— Волнуешься? — переспросил, усмехаясь, Грандмастер Искажения, собирая перед собой оставшиеся.
— Есть такое, — поморщился Магистр Закона. — Хотел воспользоваться возможностью, чтобы насолить культу, но не получилось.
— Так и бывает, когда бросаешь вызов Зверю, — наставительно, будто ребёнку, проговорил Иррелин.
— Ну хорошо, давайте, атакуйте.
— Дважды просить не придётся! — рассмеялся культист.
Воздух над ним зарябил, будто мираж в пустыне, зал казино, уже изрядно пострадавший в результате игры в монеточку, вновь заскрипел и застонал каждым перекрытием, грозя в любой момент обвалиться, а искажение всё разрасталось и разрасталось.
Когда оно коснулось потолка, здание всё-таки не выдержало и начало рушиться, складываясь само в себя, погребая игроков и немногочисленных зрителей. А потом Грандмастер Искажения обрушил всю эту мощь на Ашадина, и прогремел колоссальный взрыв.
— Победителем третьего раунда Великого Турнира становятся Дикие Земли!
Глава 21
— Я его заболтал. Заставил поверить в мою перед ним беспомощность, пойти на поводу у азарта. Первоначальное пари насчёт четвёртого раунда было всего лишь приманкой, как, впрочем, и второе. Мне было нужно масштабное противостояние, чтобы начался хаос, и в этом хаосе я мог аккуратно перемешать летающие по воздуху фишки так, как мне было нужно.
Так, что, когда игра в монеточку закончилась, на моей стороне стола остались все фишки, созданные Лазарисом. Их я быстро сгрёб, оставив этому Иррелину только те фишки, что были созданы мной или им. Внешне между ними не было никакой разницы, однако я помнил, что Лазарис сказал чуть раньше.
— Что фишки неуничтожимы, по крайней мере те, что он сам создал?
— Вот-вот. И когда он атаковал меня своим заклинанием, этого оказалось достаточно, чтобы его фишки, лежащие на столе, оказались разрушены. Он бы смог создать себе ещё, однако на какое-то, пусть и очень краткое время, он остался банкротом, и этого хватило, чтобы определить победителя. Вот так я и выиграл третий раунд!