Она отвернулась, отводя внимание за городские стены. Туда, где выходящие из столицы дороги взбирались на крутые перевалы. Древние укрепления и мосты, занятые чужими войсками. Здесь земля ещё дрожала от недавно пролитой крови. Захват перевала прошёл отнюдь не так просто. И не так просто будет его освободить. Нет чутких и верных роз, с радостью признающих тебя хозяйкой, нет гибких лиан, способных по одной мысли взорваться стремительным движением и ростом. Но есть камни, надёжные, верные горы. Они помогут. Они сдвинутся, сорвутся, обрушатся вниз. Раздавят чужаков, посмевших так неосторожно покуситься на эти вершины.

Она совсем уж было отдала команду… и замерла. Чужаков? Ощущая всё, что было сейчас в горном царстве, она не могла не ощущать и эти, испуганные дрожанием тверди под их ногами жизни. Не казались они чужими, и опасными не казались. Были они просто жизнями, судьбами, заброшенными сюда по чужой прихоти. Да и прихоти ли? Ей ли, вынужденной сидеть на советах древних рас, не знать, чем вызвана была эта нелепая, отчаянная война?

Чужие, свои, свои и чужие. Кто ты, царица? На чьей стороне? За чью правду стоишь? И что здесь правда, в этих танцующих по прихоти владык горах?

Кто ты? Чья ты?

Зачем ты здесь, царица?

Вздохнул за спиной терпеливо, но устало тот, единственный, потерянный. Нет времени искать ответ, бедная моя. Маги смертных в ужасе своём успеют за эти мгновения натворить такого, что лучше б нам самим заветные цитадели обрушить. Нет времени искать себя. На пороге враг, да и за спиной тоже не найти друзей.

Решай, родная. Ты не спрашивай, кто ты. Спроси, за кого перед богами ответ держать должна. За тех, что породили? Или за тех, что доверились?

Вскрикнула, и стоном земли отозвался тот крик. И раздвинула скалы, перестраивая, переплавляя, точно песок на пляже пересыпая реальность. Бережно, песчинка к песчинке перенося из прошлого мира в будущий, в другой. Таким образом, чтоб замкнутая расщелина пролегла там, где раньше был перевал. Таким образом, чтоб магии в той расщелине места не было, чтоб невозможно стало волшбу творить. Никакую.

Так, чтобы люди, сколько их в горах ни было, все оказались в этой расщелине заперты.

Получилось.

Как ни бережна была, сотни погибли под камнями, да когда магия их отдачей ударила, да когда мир на дыбы встал. Но кого смогла, сохранила. А большего и сама от себя требовать не хотела.

Глянула в море, на корабли чужие, что порт блокировали. Тряхнула ещё раз землю да послала волну, а вслед за ней ветер, лоханки эти из залива выметший. Так-то вот. Ещё раз сунутся, чудищ морских разбудим. А то спят себе ещё со времён войны с демонами. Аппетит, поди, нагуляли, сны гастрономические созерцая…