Стук раздается снова, я открываю дверь на несколько сантиметров, крепко вцепившись в ручку, чтобы ее не вырвали у меня из рук. Поезд пока проезжает окраины Кутаиси, я могу рассчитывать на то, что прорвусь в тамбур, раскидав всех ударами маны и своей силы лично. Дерну стоп-кран, открою дверь ключом, отнятым у проводника, или выбью ее ударом маны и выпрыгну под откос. Что делать потом, я пока не очень понимаю.

Вырваться и добраться до Храма в таком случае мне окажется очень трудно. Придется снова захватывать какую-то машину и гнать в горы все время.

В неширокой щели я вижу лицо проводника, рядом вроде никого, а он, заметив мои сомнения, говорит тихим голосом:

— Открывай, генацвале, я один.

Я открываю дверь, он быстро проскальзывает в купе, сам его закрывает и садится напротив меня. Молчит какое-то время, внимательно смотря мне в лицо, потом говорит, как будто о чем-то незначительном:

— Там тебя милиция ищет. Я фотографию сразу узнал, хотя не очень ты похож на ней.

И молчит, довольно выжидательно.

Крепкий мужчина, не физически, а морально и психологически, похоже, живет по правильным понятиям, пусть немного только живет.

— Услышал тебя, — отвечаю я. — Что предлагаешь?

— Скоро начальник поезда пойдет по вагонам, должен смотреть, сколько левых едет, и деньги собирать. Надо для начала, чтобы он тебя в лицо не видел. Ты ложись, как будто спишь, только дверь оставь открытой, чтобы все на виду было.

— Понял, — я шевелю пальцами, изображая деньги. — Как тебя отблагодарить?

— Деньгами, конечно, — улыбается проводник в усы.

Я достаю и кладу на стол одну за другой три сотенных бумажки, потом смотрю на мужика. Он смахивает их в руку и подтверждает:

— Договорились. Ты куда едешь?

— Следующая остановка. Зестафони.

— Такое можно сделать незаметно, — размышляет он. — Как подъедем, я открою тебе дверь на другую сторону от вокзала, прыгнешь на ходу, там скорость километров пятнадцать-двадцать всего будет на повороте. Прижмись к откосу и жди, пока поезд не проедет, есть там мост, под ним в город зайдешь. На вокзале в Зестафони почти никто не выходит, сразу тебя местные менты срисуют. Понял?

— Понял. Благодарю.

— Тогда ложись, через полчаса будет Зестафони.

Я собрался полностью, прилег на застеленную бельем полку и отвернулся от двери, которую проводник оставил открытой.

«Интересно, не подстава ли все это? Повернусь спиной и открою купе, тут на меня и навалятся», — опасаюсь немного я.

Хотя слишком сложно для органов, они бы уже ломились в купе, про мои боевые способности ведь точно не в курсе. Вряд ли бандиты поделились с ними подробностями, как я их всех повырубал в домике. Такими вещами не хвастают точно, да еще могли просто сами ничего не понять в темноте дома.