Не абы что против диверсантов и террористов, но вкупе с расчищенным от растительности пространством и наблюдательными вышками через каждые полста метров какой-то эффект, безусловно, будет.

Как минимум, часть аристократии уймётся, впечатлившись визуально масштабными мерами по защите их драгоценных детей.

Вдобавок к монументальным элементам обеспечения безопасности были и реально действенные — то тут, то там встречались посты по два человека. А на территории самого клуба, укрывшись под навесом, мы заметили группу мужчин в уже примелькавшейся чёрной форме. Они о чём-то лениво переговаривались, попивая чай из термоса, пока один из них наблюдал за прибывающими студентами, делая пометки на экране планшета.

Ещё один безопасник обнаружился у входа в главное здание, но сейчас он был занят жарким спором со старшекурсником, и на нас внимания не обращал.

— Неплохо, — бросил я, едва заметив, что Громовы ждут моей реакции.

— Это ещё не всё, — Дима усмехнулся. — Боковые выходы замуровали, оставив один аварийный, и тот под охраной. Окна теперь постоянно закрыты, что для конюшни было бы фатально, не организуй администрация систему вентиляции. Её просили давно, да всё руки не доходили…

— Я даже не буду спрашивать, сколько лет бывшую конюшню использовали «как есть», потому что «всё равно скоро перестраивать», — хмыкнул я, ступая под своды просторного, посвежевшего во всех смыслах здания.

Внутри перемены оказались не настолько радикальными, но заметными. Исчез тонкий запах пыли, который улавливался за ароматом древесины в прошлый раз. И самой этой древесиной почти не пахло — так, едва заметно, и только если принюхиваться.

Новенькая вентиляция, элементы которой на фоне почтенного возраста экс-конюшни смотрелись чужеродно настолько, насколько вообще могли, тянула воздух куда-то под потолок. Стойка у входа, в наш первый визит пустовавшая, теперь встречала всех новоприбывших дуэтом из старшекурсника с нашивкой на плече, и очередным сотрудником Имперской Безопасности, которые, судя по их присутствию на территории Академии, планировали переехать сюда жить, не иначе.

— Господа, дама, — мужчина первым подал голос, окинув нас взглядом. — Имена, фамилии, ваши браслеты…

Мы назвались, продемонстрировав безопаснику свои академические профили.

— Господин и госпожа Громовы допущены, — произнёс он, переведя их катализаторы в учебный режим, в котором случайно что-либо сделать было невозможно — требовалось его предварительно отключить. — Господин Лазарь… вы поддерживаете активной технику?

— Всегда, — я вжал клавишу прерывания, ощутив, как жидкий металл под одеждой бесследно исчез. — Тренируюсь.