— А какой я? Если баре меня совсем не холят, не кормят, не поят, даже бани здесь нет! Вот дождик прошёл — помылись мы с кикиморой, мышей да червей жрём, как кошки драные! А ты ещё выговариваешь! Я уж думаю, дом спалить! Всё одно, так живём, что жизнь не мила!
Глава 10 Усмирение суседа
Яга,конечно, предупреждала, чего можно ждать от такого, почти дикого домового, но Ваня всё равно смотрел на ЭТО потеряв дар речи. Слишком уж он привык к холёным и ухоженным домовым на Кафедре. Наконец шок прошёл и он приступил к общению по существу: Поклонился домовому в пояс, сказал:
— Ну ты, Тихон, прости, что тебя забыли. Буду за тобой следить! Бани у нас нет, но как тебе помыться — придумаю. И прокорм тебе сообразим. А сейчас клянись мне в верности!
— Шалишь, барин! — домовой погрозил ему пальцем. — Ты сначала своё слово исполни, а потом и ряд заключим.
— Я те дам ряд! — рыкнул Ваня. — Тебе со мной ни мир, ни ряд быть не может! Служить будешь!
Тут домовой как-то посерел, присел, ручками засучил, залопотал:
— Буду-буду-буду! Куда ж я денусь…
— Но и я слово сдержу. Следующее воскресенье привезу тебе холстины, чтобы и тебе и кикиморе на обновки. Сегодня в ночь помыться вам организую. Без бани, уж не обессудь, но хоть что-то. И вкусняшки вам будут.
И тут его бабушка, что всё это время сидела на своём стуле скукожившись и поджав ноги, взвизгнула:
— Это что, домовой что ли?
На это Тихон погрозил пальцем:
— А вот этого, старая барыня, не надобно! Не люблю такого. Зови меня сусед, али хозяин…
На это Ваня снова стукнул шваброй по полу, от чего домовой подпрыгнул, чуть не до потолка:
— Я те дам, хозяин! Здесь Йа-а-а хозяин! — произнёс Ваня с нажимом.
Тихон снова посерел, сжался и снова залопотал:
— Простите, барин, звиняйте, ляпнул не подумавши… Истинно не претендую…
— Ладно, ступай, я тут сейчас твои вопросы решать буду.
Домовой на это с кряхтением залез под печку и пропал.
— Чему же там вас учат в этом техникуме? — чуть не плача спросила бабушка.
— Колдовству учат… в том числе… — ответил Ваня, устало опускаясь на стул.
Бабушка на это не нашлась, что сказать, а Ваня принялся отдавать распоряжения. В результате две чашки сладкого чая и мисочка с творогом и двумя ложками отправились под печку, а в комнате продолжилось обсуждение ваниной учёбы. По ходу произошло два важных события: под печкой что-то звякнуло и посуда вместе со своим содержимым исчезла, а бабушка, в ходе вдумчивой беседы, выяснила, что семья Светы не только из Москвы происходит, но ещё и заметно богата. На это она снова сделала стойку, словно охотничья собака и нашла таки момент, чтобы шепнуть внуку: «Ты эту Светку-то охмуряй, охмуряй!».