Рыбное место, к счастью, оказалось пустым. Студенты расположились на берегу с комфортом, Василиса перекинулась в человека, постаралась занять место, поближе к хозяину и поглядывала на него виноватым взглядом. При этом жутко мёрзла и Света набросила ей на плечи заранее припасённый плед.

— Федя! Выходи, Иван пришёл, — крикнул Ваня, пародируя Виннипуха. Подождав немного добавил: — Давай не будем играть в сказку с троекратным вызыванием. Уже наигрались.

Через какое-то время вода у берега забурлила и из воды показался Федя. Вылез наполовину на берег, улёгся на пузо, подперев голову рукой.

— За мной, значит, целого волхва прислали? — спросил он весьма недружелюбно.

Ваня на это замахал руками:

— Да боги с тобою, водяной! Полоцкий вообще запретил тебя уговаривать.

— А чего тогда пришли?

— А друга проведать? Тем более, что ты поселился как раз там, где я летом на рыбалку ходил.

Федя оживился:

— Чего? Правда?

— Правда, правда! — хохотнул Ваня. — Давай, рассказывай, как тут устроился?

Водяной оживился ещё больше:

— У! Знаешь что тут есть⁈…

И пустился в пространный и восторженный рассказ о своём подводном хозяйстве.

— … жаль только гольца тут нет, я бы жемчужниц развёл, да раков не хватает. Падаль на дне скапливается, затухает, а утилизировать некому. А ты как? Где твоя гадюка?

— Да вот она, — Ваня кивнул на Василису, подумал и решился спросить — Слушай, а правда Ромку болотная кикимора хотела утащить?

Федя на это аж взорвался:

— Какая киикимора? Да от его стрелы все кикиморы за версту разбежались, чтоб не зацепило. А этот козёл попёрся по прямой, через камыши, в своей белой рубашечке и городских ботиночках. Вот под ним и проломилось. Повезло идиоту, что у тамошнего водяного с Полоцким ряд, зацепил дурака веткой за шиворот. Так этот и ту ветку умудрился сломать! Пришлось ему под задницу подставлять. Над ним сейчас по всем болотам ржут.

— Ну а чего ты хочешь? — пожала плечами Света. — Человек всю жизнь только по кабакам ходил, и то не меньше чем с тремя охранниками, а тут ему пришлось одному, лесом, по болотам. Удивительно, что вообще туда дошёл.

Всё это было, конечно, интересно, но Ваня вдруг понял, что просто тянет время, чтобы отложить обсуждение того, зачем собственно пришёл. Глубоко вздохнув, словно перед прыжком в воду, он приступил:

— Федь, у меня к тебе серьёзный разговор. Только, пожалуйста, ты меня до конца выслушай, а потом уже решай. Лады?

— Ну давай… — водяной ответил ему с явным недоверием.

— Ты ведь помнишь себя, помнишь тех, кто был с тобой по жизни…

— К чему клонишь?

— На днях приедут твои родители. Обычно в такой ситуации им говорят, что сын погиб от несчастного случая, но ты-то живой! Ты себя помнишь! Поговори с ними, успокой.