— Насчет черного уровня знаю — ночью все кошмары обращаются именно в кошмаров, — ответил Карамелькин. — И у всех черный уровень. Я как-то собаку почти приручил, кстати, потому знаю, о чем говорю.

— А как приручил?

Пользователь печатал пару минут, а потом отправил мне большой пост.

— Меня угораздило очутиться в пещере с полутораметровым волком. Я был ранен, волк был последним, так что я запрыгнул в клетку из прутьев и заперся изнутри. Волк стерег меня, пытался открыть клетку, грыз прутья, пока не получал по зубам, и едва не повизгивал от желания добраться до мяса. Зато я заметил, что он облизал прутья, на которых была моя кровь. Честно, я тогда был не в лучшей форме — рука распорота, а жгут из собственной футболки не слишком-то сдерживал кровь. В общем, я не думал, что делаю, но мне пришла идея напоить монстра своей кровью. Не помню, почему я решил это сделать — то ли раззадорить волка, то ли накормить (кровью, полутораметровую псину, ага). Но у меня получилось — волк меня не тронул.

— Погоди, а откуда там была деревня? И почему деревенские не возражали, что ты заперся в клетке? — вмешался кто-то третий.

— То есть, для того, чтобы приручить кошмар, его нужно напоить кровью? — уточнил я.

— Ты что, перебил разумных существ в деревне? Суки! Как вас вообще носит на себе земля⁈

— Да, это как-то так и работает, — ответил Карамелькин. На истерика мы оба не обращали внимания.

Я задумался и спросил сам себя:

— А что будет, если кровью одного кошмара напоить других?

Продублировал вопрос на форуме, но на него мне ответа никто не дал.

Я зашел за лабораторию, чтобы посмотреть, как там собачка, и обнаружил, что монстр выглядит гораздо лучше. Седина не исчезла, но бока раздались вширь, будто собакена неделю откармливали. Взгляд, которым одарил меня пес, был голоден и весьма задумчив. Монстр вальяжно встал и зарычал на меня, обнажив желтоватые клыки. Похоже, кошмар облюбовал себе место для жизни, окреп и не собирался выселяться.

Я вернулся к дисплею и снова увидев сообщение о красном уровне агрессии, все-таки вдавил кнопку «атаковать».

Собака даже не пискнула. Я нашел пса там, где оставил. Только теперь тушка пса валялась на боку, вывалив язык. Будто уснувший.

Я почему-то вспомнил гуляющий по сети жестокий и отвратительный ролик про то, как действительно усыпляют собак в ветклинике. Усыпление животных проходит с помощью препарата, останавливающего сердце или дыхание. Говорят, что для максимального расслабления питомца ветеринар предварительно погрузит больное животное в наркоз, а смерть наступит во сне, быстро и безболезненно. Не знаю, насколько это правда, и не буду утверждать, что все клиники, ветеринары и лекарства одинаковые, но картина бьющегося в судорогах и испражняющегося под себя животного до сих пор стоит у меня перед глазами.