— Ну, а что? Всякое возможно в нашем христианском государстве. — Очень доброжелательным тоном продолжил он. — Особенно с жидовками, которые своих родственников и дружков подговаривают на бедного студента нападать, пытаясь стребовать с него деньги.
— Что с Мойшей… с Михаилом? — Напряженным голосом спросила девица, даже не пытаясь скрывать свое участие в случившемся на студента нападении.
— С которым из них? Я там только про одного достоверно узнал, что его зовут Семой. Или Семеном? — Последний вопрос про имя он сам себе задал, действительно сомневаясь, как там один из грабителей другого назвал. — Впрочем, неважно, судьба у всех четверых примерно одинаковая вышла. Я с ними поговорил, разъяснил, в чем они не правы, требуя с меня какие-то несусветные деньжищи, и мы расстались.
— Что с Михаилом? — Еще раз задала свой вопрос вымогательница.
— Да откуда я знаю. Когда мы расставались, они, все четверо, были живы и, кажется, даже здоровы. Ну, не доктор я, чтобы со всей ответственностью о людском здоровье утверждать.
— Я тебе не верю! — Уставилась на него Голда, пытаясь по каким-то, одной ей понятным признакам, выведать, говорит ли ей парень, стоящий перед ней, правду.
— Клянусь! В тот момент, когда мы расстались, они все были живы и вполне работоспособны.
— Михаил не вернулся домой с тех пор. — Торговка без сил опустилась на лавку, стоящую позади нее.
— Кто он тебе? Брат, друг?
— Двоюродный брат. Мы вместе росли с самого рождения. — То, каким тоном она это сказала, в голове у Максима зашевелилась мысль, что, возможно, родством ее интерес к одному из грабителей не ограничивается.
— Оставим эту тему. — С нажимом сказал он. — Я пришел сделать тебе последнее, китайское, так сказать, предупреждение. Если ко мне еще кто-нибудь заявится с требованием каких-то мифических денег, ты просто исчезнешь вслед за этим своим… двоюродным братом. Считай, ты в этот момент второй раз родилась. Сделал тебе скидку за твои прекрасные глазки.
— А если это не от меня те посыльные будут? В «Лионском кредите» много работников, кто знает, кто и кому еще мог рассказать про богатенького парнишку.
— Ты все равно исчезнешь. — От твердости и холода, с которыми была произнесена последняя фраза, девица даже испуганно попыталась отодвинуться на своей лавочке, опершись спиной в шкаф позади себя.
Сделав это предупреждение, наш герой вышел на улицу. Понятно, по уму, так следовало наводчицу отправить следом за прочими бандитами, но взглянув в ее огромные черные глазищи, не отыскал для этого сил. Авось, и так сойдет. Ну, не Сонька же она, Золотая Ручка, про которую недавно писали чуть ли не все российские газеты, называя ее крестной матерью всей преступности Западных губерний империи, нет у нее массы на все готовых подручных.