Хотелось Максиму спросить, откуда мастер мог набраться опыта по изготовлению доспехов, что так авторитетно разговаривает на эту тему и уверения раздает, да побоялся на еще одну получасовую лекцию нарваться, а потому лишь сдержанно поблагодарил мастера и к выходу направился. Доспехи окончательно только через две недели готовы будут.
Напрасно говорят, что крестьяне — махровые единоличники и только о себе заботятся. Максим в этом убедился, когда к нему, в Замок пришла целая делегация крестьян из его уже вполне построенной и даже в какой-то мере зажиточной деревни. Ну, по крайней мере, по меркам голодного Российского Нечерноземья — так точно зажиточной. И пришли они не с новыми идеями, по части еще чего-нибудь у Лорда выпросить для себя любимых, а совсем даже наоборот. С просьбой взять к себе еще людей. У них же на Земле, в соседних деревнях, куча родственников осталась, вот, пришли за них просить, а то, поди, сушеную лебеду с корой уже подъедают. А Максим и не против, в общем-то, был. Крестьяне — вполне прибыльным делом для него оказались. Разве что, условие поставил, чтобы просители сами тех, кого переселить задумали, уговаривали на переезд. Единственное, предупредил дополнительно, что доброе дело может и не остаться безнаказанным. Запросто кто-нибудь из этих, которых попытаются облагодетельствовать, сдадут доброхотов полиции.
Как в воду глядел, Аверьяна, одного из его крестьян, повязали, когда тот, по заранее договоренному, с утреца пришел за своими дальними родственниками, чтобы на точку отправки их отвести. Христофор, присматривающий за этой операцией, сразу к Максиму примчался, мол, выручать бедолагу надо. Надо-то надо, негоже своих людей без помощи кидать. Только как это сделать, если крестьянин в холодной в полицейском участке сидит. Не брать же тот участок штурмом. Или брать?
Участок то тот всего лишь волостной, да и волость из самых невеликих, сельских. Ну, сколько там полицейских в их управе может быть? Десяток хоть наберется? А если ночью? Дежурный точно будет, может, еще кто-нибудь, да и то вряд ли. Парни запросто его скрутят и их подопечного из кутузки достанут. Ну, а потом им останется только за ночь на точку, с которой Максим знаком, выбежать. Наш герой, впрочем, тоже на эту эскападу дополнительно свое личное время потратит: тридцать верст, да ночью, по плохой дороге, трудно будет парням такую дистанцию до рассвета преодолеть, так что придется и самому Максиму хотя бы часть пути в сторону села проделать, сократить путь своим дружинникам.
Собственно, все вышло по задуманному. Парни скрутили полицейского урядника и ключами, забранными у него же, выпустили из-под замка заключенного. Исключительно своего. Там, в кутузке, еще двое конокрадов сидели, так те было обрадовались, на выход кинулись. Ну, и получили по сусалам. Конокрады — они великое зло! Сколько мужиков сами в петлю залезли, когда поутру обнаруживали, что лошадь — их единственную кормилицу, кто-то свел со двора. А вы думали, они, конокрады эти, исключительно господских аргамаков угоняли? У богатых, владеющих первоклассными лошадками и охрана такого сокровища налажена соответствующая, а вот крестьяне почти беззащитными перед такими гадами оказываются. Короче, в тюрьме и на каторге можно и без передних зубов наказание отбывать.