— Меня — Максим. — Ну, а что, раз пригласили даму, по правилам хорошего тона обязан теперь ее развлекать весь вечер. Да и внешне та вполне даже недурна собой была. Может, и не будет за счастье народное в этот раз агитировать? Мало ли, перебесилась и стала нормальной.
И первую половину вечера, в самом деле, все очень даже замечательно складывалось. Инесса от употребления горячительных напитков все румяней и общительней делалась. И, быть может, что-нибудь даже сладилось бы у них с Максимом, если внезапно бы она не начала громко, во всеуслышание, хвалить его за то, что не поддался на всю эту патриотическую дребедень со стороны своей подруги и отказался немедленно отправляться добровольцем на фронт. Вот что за подстава такая?
— Не дело это, за финансовые интересы зажравшихся буржуев свою кровь проливать! — Взывала р-революционерка, хорошенько накушавшись Ерофеича, очень крепкой и ароматной настойки на травах. — Наша цель в этой бойне превратить войну империалистическую в войну гражданскую и вымести всех народных эксплуататоров метлой народного гнева.
— Инесса! Вы понимаете, к чему вы призываете? — Попытался Артемьев воззвать свою соседку к разуму. — В гражданской войне во Франции погибли сотни тысяч. Брат шел на брата.
— Пусть погибнут миллионы, зато выжившие станут свободными!
И Максим под конец этой людоедской речи не выдержал:
— Тьфу, дура! Ты сама не понимаешь, что несешь. — И уже ко всей компании: — Простите, господа, боюсь, мне пора уходить, пока не наговорил тут еще каких-нибудь грубостей.
Одногруппники только с удивлением смотрели ему вслед, занятые за общим столом своими пассиями, большинство из них вообще не прислушивалось к революционным воззваниям со стороны экзальтированной дамочки.
— Артемьев, меня вот какой вопрос интересует, — Пьяный Столетов, возвратившийся с затянувшейся студенческой вечеринки уже глубоко за полночь, безжалостно растолкал только недавно заснувшего друга. — Скажи мне, ты танцевать умеешь?
— Леха! Ты издеваешься! — Взвыл было Максим, но затих, увидев в руках друга сложенный треугольничком бумажный листок с каким-то посланием. — Только не говори мне, что эта идиотка Инесса еще и письмо мне написала, а ты взялся его до меня доставить.
— Ну, мыслите вы, студент, в правильном направлении, вот только авторшу послания определили неверно. — Осклабился Алексей в кривой пьяной ухмылке. — Ладно, не буду дальше интриговать, держи послание.
Определенно заинтриговал, пьяный черт! Максим в нетерпении развернул листок и принялся за чтение строчек, выведенных аккуратным женским почерком.