— Как же так. — Сказал Столетов и опустился прямо в прихожей на тумбочку для обуви. –Дед же вполне крепким был, когда я из Москвы меньше месяца назад выезжал.
В Москву Артемьев друга перенес. И сам вместе с ним пошел. Хоть и не знал он никого из Алексеевых родственников, но счел оставление друга в таком подавленном состоянии очень плохой идеей, как бы глупостей не наделал.
М-да, генеральские похороны были мероприятием серьезным и даже статусным. Вся московская городская власть во главе с градоначальником на отпевании в Успенском соборе присутствовали. Максим напрасно переживал, что на него коситься будут. На фоне всей той публики с золотыми погонами, аксельбантами и просто в дорогих костюмах от ведущих европейских кутюрье он все равно, что невидимкой был. Никакого Отвода Глаз не требовалось, чтобы никто внимания не обращал.
А потом Алексея, который все это время чуть ли неотрывно с Максимом повсюду находился, к себе отец подозвал.
— Ты меня тут подожди. — Негромко шепнул Алексей, направляясь к родителю.
Со стороны видно было, как представители двух поколений семьи Столетовых недолго переговорили о чем-то, причем сначала все больше говорил родитель, а Алексей стоял, набычившись, а потом друг просто мотнул головой и обратно в сторону Максима направился.
После отпевания нескончаемая кавалькада бричек, карет, автомобилей и прочих повозок отправилась вслед за пушечным лафетом со стоящим на нем гробом на кладбище. Артемьеву раньше пару раз в его жизни довелось присутствовать на похоронах, но тогда весь этот процесс представлялся довольно простым и недолгим, тут же уместнее было сказать что-то вроде «вся Москва прощалась с одним из самых выдающихся представителей рода человеческого». По крайней мере, движение по улицам города они застопорили надолго.
— Максим, можно тебя попросить перенести нас обратно в Санкт-Петербург, — попросил Столетов своего друга после того, как могила с гробом его деда была засыпана и поверх получившегося холмика могильщики установили резной деревянный крест. — Не хочу больше здесь оставаться.
Что ж, выполнить эту просьбу было совсем не трудно. Они только отошли с глаз публики за один из мраморных склепов, откуда и перенеслись обратно, в свою питерскую квартиру.
— Вот так! Дед, даже уходя в могилу, настоял на своем. — Похоже, Столетову было просто необходимо выговориться. — Он вообще все за меня решал. С кем мне общаться в детстве, какую профессию для себя избрать. Теперь вот, на ком жениться.
— Ты же, вроде, хотел отказаться от женитьбы? Даже вон, зимой собирался в Питере остаться.