— Фу! — Скривила свой носик Стеша. — Мой Лорд, у меня же длинное платье, как я в нем буду пробираться по здешним руинам?
— М-да, что-то я не подумал, — повинился парень, глядя на роскошное, в пол, платье своей спутницы.
Впрочем, в конечном итоге, все разрешилось вполне благополучно. Так и не решившиеся прибегнуть к своим кулакам в качестве последнего аргумента в затянувшемся споре забияки удалились прочь, а доски пола, хоть и выглядели непрезентабельно, оказались еще вполне крепкими, чтобы выдержать вес двух молодых людей. Через пару минут дверь дома Столетовых уже распахнулась, явив им осунувшуюся и какую-то несчастную фигуру жениха.
Познакомились. Стефания и Алексей между собой, а Максим Артемьев со всем тем бардаком, который воцарился в Москве с приходом к власти нового правителя. Кстати, царем и самодержцем Николая Николаевича никто не зовет. Да и, если в полной мере следовать российским законам о престолонаследии, представитель боковой династической ветви и не сможет занять этот самый престол. Только через созыв нового Земского Собора, как Михаил, родоначальник династии Романовых когда-то.
Только то, что Ник Ник является по закону диктатором и узурпатором отнюдь не мешает тому свои порядки в стране насаждать, жестоко карая лиц из вертикалей власти последнего российского монарха. Вот и Москва попала под тот же самый каток. Даже, в какой-то мере, сильнее, чем Санкт-Петербург, попала. Основное же управление Городского Союза, главной составной части уже печально известного Земгора, именно в Москве располагалось. И местным жандармам, получившим распоряжение свыше, абсолютно наплевать было на то, что большинство устроителей этой организации настоящими искренними патриотами являлось и радело отнюдь не о своем кармане, а о благе родной державы. Поступила команда «фас», они ее и исполняли самым что ни на есть преданным образом.
Семья Столетовых пока не попала под пресс репрессий, но эксцессов с ближайшими друзьями и знакомыми хватало. В любой момент следствие могло развернуться так, что и ведущий инженер Московской железной дороги окажется среди репрессированных. А в семье невесты, так уже один из ближайших родственников и вовсе уже в кутузке сидит.
Все это Алексей Максиму очень сжато изложил, как и сомнения свои и своих родственников в уместности задуманной свадьбы в нынешних условиях.
— Любишь ее? — Только и задал другу Артемьев один единственный вопрос. И на судорожные кивки товарища припечатал: — так и женись! Идеального времени для свадьбы вообще никогда не наступит, всегда какие-нибудь препоны и неурядицы будут случаться. Так что, теперь нам и вовсе не жениться и не жить что ли?