И тут до меня дошло… Манускрипт! «Ликвор Двойственности» сработал!

— Зерцало! Неси, старик, зерцало! — воскликнул я и принялся ощупывать своё новое лицо.

Однозначно молод. Щетины нет, только лёгкий пушок на подбородке и верхней губе. Нос прямой. Густая шевелюра.

— Ну чего ты стоишь? Неси, кому говорю! Прислуживай как следует! — прикрикнул я на застывшего старика.

— Шурик, буйный ты какой-то. Похоже, сам не справлюсь, — покачал он головой. — Придётся санитаров звать.

— Никого звать не надо, — выдохнул я. — Мне просто нужно привыкнуть и понять, где очутился…

Даже не верится, что я успел. Ведь в последнюю секунду пригубил эликсир. Даже вкус этой гадости до сих пор на языке чувствуется.

Я посмотрел на руки, задрал рубашку — худощав, но это можно исправить. Зелье «Сердце Титана» поможет набрать мышечную массу. Наклонился посмотреть на ноги и чуть не свалился от резкого головокружения. Так-так, нужно срочно заняться здоровьем.

— Старик, принеси мне проваренных дождевиков, язык огненной лисицы и тамарийский тмин.

— Чего ты заладил «старик-старик»? Разве можно родного деда так называть? — недовольно пробурчал он. — А того, что ты перечислил, у нас отродясь не было. Выдумал же.

Хм, нужно быть осторожнее, а то дед поймёт, что я тело его внука занял. Думаю в любом мире это серьезное преступление. Еще сожгут или четвертуют. В моем мире точно бы сожгли. Не знаю как здесь заведено.

Ясно одно — спрашивать у него, что это за мир, точно не стоит. А предшественник, похоже, умер от удара головой. Бывает.

— Фух-х-х, что-то плохо мне, дед. Голова раскалывается. Нужно бы зелье какое-нибудь приготовить или эликсир, — жалобно протянул я и приложил руку ко лбу.

— Так я же предлагал лекарей вызвать, — он снова схватил подозрительную штуковину.

— Нет-нет, не надо, — отмахнулся я. — Сам себе помогу.

Не хватало ещё свидетелей и общения с местными лекарями. Пока не освоюсь — лучше меньше привлекать внимание.

Тут мой взор упал на полки, от которых веяло травами и пряностями. Хм, наверняка смогу отыскать что-то подходящее.

— Слушай, дед. Принеси-ка мне котёл, — велел я и, держась за прилавок, двинулся к полкам.

— Какой ещё котёл? Кастрюля есть. И тарелка суповая, — он задумался, сморщив и без того морщинистый лоб.

— Неси свою кастрюлю. И воду тоже давай.

Я подошёл к полкам и принялся друг за другом обнюхивать и пробовать на вкус содержимое банок, коробок и ящиков, безошибочно определяя свойства каждого продукта. Мои рецепторы работали как и прежде. Никакой магии, всего лишь опыт. А его, как говорится, не продашь и не променяешь.