— Полагаю, это и есть Кристоф Самойлов? — вздохнув с облегчением, Джузеппе глянул на часы. — Увижусь с ним сейчас и ещё успею вернуться домой к ужину.

— Господин Армани… — Виктор нервно сглотнул.

— Хватит, барон, — Джузеппе фыркнул и поднялся с места, намереваясь покинуть балкон. — При всём уважении, я уже полдня бегаю за вашим сыном. И делал это не ради того, чтобы смотреть на этот ужасный бал. Что музыка, что танцы, всё ужасно! Единственное что достойно внимания, это белый медведь в углу.

— Джузеппе, предупреждаю! — взмыленный барон тоже поднялся с места. От волнения его аж затрясло. — Только не сейчас! С-сеньор, я за вас же переживаю. Вы… вы не знаете моего сына! Порою он может быть ужасен. Ему плевать на правила, титулы и приличия. Плевать на жизнь и смерть. Кристоф не знает ни слова «нет», ни слова «да». Есть просто то, чего он хочет и чего добьется. Весь этот балл…

— Я. Армани! — Джузеппе рычит в гневе. — Плевать хотел я на этот бал! Если бы не приказ патриарха…

Не договорив, Джузеппе брезгливо снял с себя выданный амулет защиты. Бросил на кресло и направился к выходу из ложи. Пара телохранителей повторила грубый жест.

Виктор, не долго думая, схватил их амулеты и рванул следом. Но тут в проходе молчаливой статуей возник Стефан. Барон наклонился влево, телохранитель тоже. Направо, манёвр повторился.

— Сеньор, — Стефан заговорил хрипло на ломанном английском — Не мешайте господину! Он говорить с Кристоф, и мы уйти.

— Господи! Да почему же вы не слушаете! — в глазах Виктора заплескалась паника и ужас. — Кристоф опасен! Danger, твою то…

Барон, развернувшись рванул к балкону, но Стефан схватил его за ворот пиджака. Виктор на секунду запаниковал, сердце забилось чаще. Вот он поймал взгляд Панкратова, сидевшего в балконе напротив. Указал на сына, охотничий знак «Опасность», затем «Защити». Глава кивнул, но видимо понял что-то не так, приблизившись к жене.

Напряжение натянулось. Виктор ощутил физически, как близится некая развязка. Вот в бальном зале из коридора показался решительно настроенный Джузеппе в сопровождении Микелы. Телохранительница на взводе. Три сотни танцоров в костюмах тоже. Официанты, музыканты, гости в ложе, операторы у телекамер.

Самойлов-младший достает из нагрудного кармана белый платок и бросает на пол… Волна от применения мощнейшего навык А-ранга накрывает весь зал, всё здание отеля! Похоть, вожделение… желание соприкоснуться плотью, сорвать с себя одежду.

— Порой и зритель в театре, становится частью представления, — странная улыбка на лице Кристофа. Он смотрит на трясущегося Джузеппе.