— Самойлов, всё в порядке? — Оторвал взгляд от бумаг Август повел плечами, разминая затекшую спину.

— Всё в полном порядке. — Миг спустя внутри моего сознания раздается щелчок. — До меня только сейчас дошло, с кем именно, я говорил по телефону из карцера в Воронеже.

— И с кем же?

Наследник едва заметно дёрнув бровью, отложил бумаги на краешек стола. Пройдя через просторный кабинет, аккуратно сажусь в предложенное кресло. Мозг отключился перейдя в автономный режим «Аврора» — он призван защищать разум от поверхностного чтения мыслей.

— С кем-то Грозным. — Ни тени улыбки на моем лице. — А также с главным следователем Империи. В кругах людей находящихся у власти, вы довольно знамениты.

Секретарша поднялась и зачем-то извинившись пошла наливать кофе. Август махнул небрежно.

— Мне как обычно чёрный. — Наследник повернулся свой взор ко мне. — Вы Самойлов, имеете весьма дурную славу…

Тут до меня дошло, что Август включил роль «плохого копа».

—… Маскарад божеств. Его проходят раз в полгода. По факту и по сути, это просто повод для серьезных встреч. То Лига Охотников, то вызов избранника от пантеонов, то переговоры с правителями о привилегиях для храмов на территории Системных Государств. И тут появляются слухи, о некоем Самойлове, навёдшем шороху на маскараде. Империи припомнили этот случай. Да-да, вы конечно скажете…

Август нервно дернул щекой.

—… что «не виноваты». 'Cуть в том, что боги используют вас, как удобный случай в переговорах.

Говнюк, вот кто Август! Ненавижу копов и следаков! Мокнуть гостя головой в проблемы, назвать виновным, а потом начать торговаться о цене… Гребанный слуга народа! Он нервничает от того, что не чует потока моих мыслей. Для Августа, это равносильно переговорам в повязкой на глазах.

— Вам напомнить, чьи сотрудники напали на моего отца? — я сразу перешел на личность. — Давайте, поступим немного иначе. Я откажусь от титула барона, которым ваш батюшка видимо хочет превратить меня в политическую пешку на его доске. Возьму обещанную мне награду и выйду из этого здания свободным человеком. Без того дерьма, которое вы хотите мне на уши навешать…

— Самойлов! — Грозный выпустил наружу волну чистой сжатой силы. Бумаги полетели прочь, тяжелый деревянный стол едва не перевернулся. — Вы забываетесь…

— Грозный, пугайте тех, кто боится смерти. Детей там или собачек⁈ Но разве это ваш уровень? — Фыркаю в ответ. — Вы благородны, Август! Возможно самый благородный во всей нашей Империи. Так ведите себя, как подобает вашему статусу! Я как гражданин, знаю «что я должен» и чего «не должен». Не помню, чтобы вера и уважение к богу, писалась где-то в нашей конституции. Хм… может я страной ошибся?