— Попахивает изменой, господин Самойлов. За грибницы ты мне потом ответишь. Говори прямо сейчас, не закрывая свой разум. Ты, Кристоф Самойлов, враг Российской Империи?
Ах, да! Чтение мыслей, пассивная способность рода Грозных.
— Нет, не враг. Я честный и добропорядочный гражданин Российской Империи, — ответа мало, знаю. Есть десяток способов понять мои слова неправильно. Нужна ещё порция деталей. — Ваше… сиятельство, ещё полчаса назад я вообще ни черта о вас не знал! Мне, как и большинству жителей Империи, плевать на род Грозных, если вы сами не нападёте на меня. Нет, ну правда? Вы думаете Васе с завода есть дело до того, кто сидит на троне⁈ Вот и мне нет дела, пока вы не пытаетесь залезть своими кривыми лапками в мою едва затянувшуюся рану. Я не работаю на другие государства. Я не причастен к нападению. Ни к нынешнему, ни к прошлым, ни к будущим. Ещё я жду извинений и если не получу их… то устрою в Воронеже акцию «Подари свою каку Августу» и оплачу святотатство вашего имени из собственного кармана. Такого уровня честности вам хватит?
Наследник стал ещё более хмурым. Рука сжала взявшийся из ниоткуда меч.
— Тогда откуда знания о «грибнице»?
— Так из видений! Я же вам о них рассказывал, — пожимаю плечами. Ни слова лжи, ни слова полной правды. — Мне нет дела до того, кто сейчас обстрелял Лубянку. У меня с вами, господин Годслейб, честный договор! И я пришёл сюда только лишь за тем, чтобы получить свою награду.
Август принял расслабленную стойку, но взгляд не отводит.
— Последний вопрос. Я могу тебе доверять?
— Нет, — ответ предельно честный. — Можете ли доверить мне спину? Да. Буду ли я с вами всегда честен? Это вряд ли. Как у всякого благородного, у меня хватает своих секретов. Так что не надо навешивать на меня ещё своё ярмо по доверию. У вас, вон! Мирон с Семёном для таких дел есть. Вешайте на них своё «доверие». Будет проще объяснить так. Я безземельный рыцарь-наёмник! Вы честно платите от лица Российской Империи, я честно исполняю свой долг. На таких условиях мы с вами можем договориться.
Несколько секунд подумав, Грозный медленно кивнул и опустил свой меч.
— Раз наёмник, то я вас нанимаю. Примите мои искренние извинения, рыцарь Самойлов! Об оплате поговорим, когда мятеж будет подавлен, — наследник вдруг снова перешел на «вы». — События последнего часа, совпали максимально странно. Вы пришли ко мне в кабинет. Мысли не читаются, показатель кармы заоблачный. Потом странно себя ведёте, точно предсказывая направление атаки. Про второй выстрел из пушки, я вообще молчу.