А вот судя по серьезным лицам дядьки и отца я где-то чего-то сильно не учел. Не просчитал. И если бы главное РЕШЕНИЕ осталось за мной, то Семью бы я подставил. Правда, старшие явно не ставили это мне в вину. Видно, что ситуация действительно непростая. А косяков я упорол не так уж чтобы слишком и много. Не говоря уже о том, что не понесся сломя голову творить справедливость по своему разумению, а все-таки сначала позвонил отцу. Посоветоваться. Иначе стоять бы мне сейчас рядом со Светланкой, выслушивая вполне справедливые упреки.

Вот черт! И как этому научиться? Только наблюдать. За отцом, главбатюшкой в Академии, дядькой и многими другими.

По счастью, ничего непоправимого не произошло. Как говорит мой наставник в военном деле при планировании вообще не может быть неожиданностей. Их черед придет во время исполнения. Пока же есть десятки «заготовок» на все случаи жизни. Какие-то из них мне известны, а какие-то пока нет. Вот сейчас и решим, как именно мы поступим в этот раз.

— Дамы, сейчас попрошу нас оставить. — Заявил отец.

Светлане он сказал все, что счел нужным. Она воспитана в нужном ключе, так что урок «конструктивным самобичеванием» она завершит самостоятельно.

Женская часть Рода безропотно поднялась со своих мест и молча поднялись наверх.

Даже такой проглотке как моя сестренка не пришло в голову напомнить, что она вообще-то к тарелке даже не притронулась. И правильно. Сейчас спорить с отцом — себе дороже. Да Марта с голоду помереть не даст.

— Ты уверен? — Поинтересовался я негромко, едва стихли негромкие, но чуть торопливые шаги.

— Нет, конечно, — пожал плечами отец. — Но предполагать обязан.

Дядька согласно кивнул головой.

— Твое мнение. — Предложил высказаться отец.

Похоже, он в своей любимой манере решил совместить очередной кризис с обучением. Я задумался.

— Рассуждая вслух. — Предложил папа, сведя руки перед собой на манер кардинала Ришелье.

Был такой популярный фильм еще в прошлую эпоху. Я так и не понял, Дюма, по книге которого сняли этот фильм, либо тонко поиздевался над обществом, то ли фильм и правда о нескольких моральных уродах, вся «доблесть» заключается в неумеренном потребление алкоголя, азартных играх и сношениях со всем что движется… Ах, да, еще и кидках всех на деньги. Начиная от слуги Планше, заканчивая дядькой, у которого Гасконец хату снимал. Но круче всех отличился раненный Портос, запугавший лечившего его доктора. Ах, да! Они же соучастники преступления, которое любой суд мира квалифицировал бы как «измена Родине». И при этом всем они мешают работать государственнику Ришелье, который пытается спасти Францию.