— Не, — мотнул он головой. — Не бабу. Хану. Да. Точно! Со мной же она была? И где?

Артур снова замер. Помотал головой.

— Да что ж такое, — сдавленно произнёс он. — Когда это прекратится, а?

Он поднялся. Напялил на себя мокрую одежду. И, не замечая, что от одежды пошёл пар, он добрёл до кирки.

— Да-да, кишки и кости, — процедил он. — Ты бы хоть, для разнообразия, какую-то страхолюду придумал! Чтобы кровь зелёная и лазером из задницы пуляла. Бога в душу, Артур! Ну, хватит уже маяться ерундой!

Парень вытащил из сумочки (а ремень всё это время болтался на нём) жёлтый самоцвет.

— Не торкает, — с досадой произнёс он. — Что же, тогда по проверенной схеме.

И достал синий самоцвет…

* * *

Одно хорошо. Звери тут реально какие-то приторможенные. В смысле, Артур ждал битвы насмерть, а зверюги не настолько лютые и быстрые. Но, если зевнёшь, вряд ли пропустят такую халяву. Сначала они «пробуют на зуб», а потом начинают атаковать всерьёз, на очень хорошей скорости.

И да, похожи на пушистых песцов. Натурально белый комок шерсти. Из-за этого они и казались, чуть не медведями. Но от них можно убежать, что хорошо. В один момент Артур понял, что его натурально загоняют, двое или трое, поэтому, несмотря на опасения, пришлось дать полный ход. Были большие сомнения, что он сможет даже с двумя одновременно справиться.

И он принял, что всё-таки сожрал того, первого. Да, сырым. Да, прям набил брюхо совершенно не приготовленным мясом. Кстати, оно было холодным, словно только что разморозил. И как он прожевал-то его? Не хочется про это думать. Ибо потом он начинал размышлять, как переварил. А он переварил, никакой тошноты или несварения.

И это странно. Помнится, людей после длительных голодовок кормят очень осторожно, максимально легко усваиваемыми продуктами. Водянистые кашки, без молока и масла. То есть, такая пища, которая прям пролетать должна. И уж точно не сырым мясом! Однако ж.

А потом Артур ощутил, что начали прибавляться силы. То есть, он столько времени шёл, а силы, наоборот, расти начали! Так что, это не песцы (во, каламбур) его вынудили ускориться, он сам так захотел.

И вот, наконец, он куда-то пришёл. Впереди явно строения. А небо, кстати, снова стало угольно-чёрным. При этом освещение лишь потускнело, но прям мрака не случилось. Поздние сумерки. Артура такие условия вообще не напрягали.

Другой вопрос, что река отворачивала от строений. Но ничего, тут метров сто. Можно и вернуться потом к путеводной нити. И парень решительно двинулся к строениям.

Ни единого огонька. Просто мрачные тёмные тени на фоне снежной холмистой равнины. Тени правильных форм. То есть, точно не камни или подобное, естественного происхождения.